Можно ли оставить обвиняемого под стражей на время следствия?

Задержание — сроки нахождения подозреваемых в ИВС

Можно ли оставить обвиняемого под стражей на время следствия?

Задержание представляет собой кратковременное  ограничение свободы лица, подозреваемого в совершении преступления. Задержание возможно лишь в тех случаях, если одним из возможных наказаний за преступление является лишение свободы.

Сколько сидят в ИВС?

Обратимся к УПК. Срок задержания не должен превышать 48 часов с момента фактического захвата гражданина.

В течение этого времени следователь или дознаватель выясняет причастность лица к совершенному преступлению и решает, есть ли необходимость в избрании меры пресечения и, в частности, обращении в суд с ходатайством о заключении под стражу.  Следовательно, задержанный гражданин по прошествии 48 часов может быть либо отпущен, либо перемещен уже в СИЗО.

Многих подозреваемых волнует вопрос — на какой срок может продлеваться задержание?

Ответ содержится в п.3 ч.7 ст.108 УПК, согласно которой задержание может быть продлено судом еще на 72 часа с момента пpинятия судом решения о продлении.

Следовательно, чисто теоретически максимальный срок задержания по подозрению в совершении преступления при продлении его судом может составить 120 часов или 5 суток; на практике, с учетом того, что решение о продлении срока задержания не принимается судом в последнюю минуту 48-го часа задержания, этот срок несколько меньше.

Следует иметь ввиду, что задержание в качестве кратковременного ограничения свободы применяется также по делам об административных правонарушениях.

Административное задержание допускается на срок до 3 часов с момента доставления, а в отдельных случаях, например, по делам, влекущим в качестве наказания административный арест, административное выдворение за пределы РФ, также по делам, посягающим на режим границы, о нарушении таможенных правил – до 48 часов.

В сизо до суда: сколько сидят подозреваемые и обвиняемые?

В следственный изолятор лицо помещается, если ходатайство следователя или дознавателя о заключении под стражу было удовлетворено судом. Отметим, что данная мера пресечения — исключительная.

Она применяется тогда, когда лицу грозит лишение свободы более чем на 3 года, и только при отсутствии условий для избрания иной, более мягкой меры пресечения; не допускается заключение под стражу лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении перечисленных в п. 1.1 ст.

108 УПК РФ преступлений в сфере экономики, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности.

Между тем заключение под стражу может быть избрано в качестве меры пресечения и в выше перечисленных случаях, то есть по преступлениям в сфере предпринимательской деятельности и по делам, по которым может быть назначено наказание в виде лишения свободы менее 3 лет, при наличии одного из следующих оснований:

  • отсутствует постоянное место жительства в РФ;
  • не установлена личность подозреваемого или обвиняемого;
  • нарушена ранее избранная мера пресечения;
  • подозреваемый или обвиняемый скрылся от органов предварительного расследования или суда.

Следует иметь ввиду, что в настоящее время утверждён список заболеваний, наличие которых препятствует избранию в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.

Сам перечень и порядок медицинского освидетельствования утверждены Постановлением Правительства РФ от 14.01.

2011 года №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений».

Срок содержания в СИЗО до суда составляет 2 месяца, но если расследование не было окончено в положенный срок, суд вправе продлить этот срок до 6 месяцев.

Если лицо подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, а само дело является достаточно сложным и объемным, срок нахождения в СИЗО может быть увеличен до 12 месяцев. В исключительных случаях и только по особо тяжким преступлениям указанный срок может быть продлён до 18 месяцев. Дальнейшее продление сроков не допускается.

Нужно учесть, что в указанные срок засчитывается и срок задержания лица. То есть при расчете сроков содержания под стражей за начальное берётся время задержания лица, а в случае, когда лицо не задерживалось – время вынесения судом постановления о заключении под стражу.

А сколько могут держать в СИЗО до суда предпринимателей?

В настоящее время готовится законопроект, закрепляющий, что этот срок не может превышать 2 месяцев.

Если следователь захочет продлить нахождение в СИЗО, он должен будет указать, какие действия по делу будут проведены и почему он не сделал этого раньше.

Цель законопроекта – исключить из практики случаи, когда предприниматели содержатся под стражей в течение длительного времени при том, что фактически расследование не проводится.

Засчитывается ли содержание под стражей в срок лишения свободы?

Заключение под стражу является, по сути, превентивной мерой, «страховкой» следствия — свобода  гражданина ограничивается, хотя он официально еще не признан виновным. Поэтому государство справедливо предусмотрело систему зачета сроков содержания под стражей в срок назначаемого наказания. 

Согласно ст.72 УК РФ1 день нахождения в СИЗО приравнивается к:

  • 1 дню лишения свободы, ареста, принудительных работ;
  • 2 дням ограничения свободы;
  • 3 дням исправительных работ или ограничений по воинской службе;
  • 8 часам обязательных работ.

Интересно, что если лицо было помещено под стражу, отпущено, а затем снова помещено под стражу по одному и тому же делу, в срок нахождения в СИЗО во второй раз включается ранее проведенное там время по первому задержанию.

Право на реабилитацию

Известны ситуации, когда в ходе следствия выясняется непричастность лица к совершенному преступлению или отсутствие самого преступления как такового. Что происходит в этом случае?

Следователь (дознаватель) принимает решение о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, судья выносит оправдательный приговор, а у подозреваемого или обвиняемого возникает право на реабилитацию. Чем больше составлял срок задержания подозреваемого до судебного решения или срок нахождения в СИЗО, тем больше компенсация.

Государство компенсирует утраченный заработок, расходы на услуги адвоката, утрату трудоспособности, стоимость конфискованного имущества и другой вред, причинённый лицу в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования и ограничения его свободы. Кроме того, лицо восстанавливается в своих трудовых, жилищных и прочих правах.

Право на реабилитацию признается судом или следователем.

Истребовать денежную компенсацию можно в суде. Реабилитированный может требовать и компенсации морального вреда по правилам гражданского судопроизводства. Суд самостоятельно устанавливает размер компенсации, но при несогласии с этой суммой лицо вправе обжаловать решение.

Кто может помочь при задержании и заключении под стражу?

Срок задержания составляет «всего» 48 часов, но именно в течение этих часов решается дальнейшая судьба задержанного и главный вопрос: где будет находится гражданин в течение всего периода расследования и судебного рассмотрения уголовного дела.

Именно от ответа на этот вопрос зависят не только возможность задержанного продолжить обычный образ жизни, который он вёл до задержания, но и ответы на другие не менее важные вопросы, непосредственно связанные с возможностью организации полноценной защиты (выбор адвоката, возмещение ущерба и примирение с потерпевшим, увязывание на практике возможности условного осуждения с избранием заключения под стражу и другие вопросы). Подозреваемый или обвиняемый вправе воспользоваться услугами адвоката, который может помочь своему Доверителю покинуть ИВС без последствий для себя в виде заключения под стражу. Опытный специалист способен «зацепиться» за любые ошибки следствия, выявить обстоятельства, препятствующие содержанию гражданина в ИВС, а также основания для недопущения избрания заключения под стражу в качестве меры пресечения, добиться немедленного освобождения своего подзащитного.

Если максимальный срок задержания истек, и лицо постановлением суда было заключено под стражу, адвокат будет стараться добиться отмены или изменения меры пресечения на более мягкую, сокращения срока пребывания в СИЗО. Это достаточно серьезный процесс, поскольку данный вопрос будет рассматриваться судом. Уголовным адвокатам под силу доказать суду, что в содержании под стражей их Доверителя нет больше никакой необходимости.

Если Вашего близкого человека задержали или поместили под стражу —  адвокаты АК «Судебный адвокат» готовы прийти на помощь. Мы сделаем все возможное, чтобы наш Доверитель был немедленно отпущен из ИВС или СИЗО.

Источник: //www.advo24.ru/publication/zaderzhanie-srok-prebyvaniya-podozrevaemogo-v-ivs.html

«Исключительная прерогатива»: постановление Мосгорсуда оставить в СИЗО Александра Шпакова | ОВД-Инфо

Можно ли оставить обвиняемого под стражей на время следствия?

Судья фио Материал № 10–7279/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес дата

Московский городской суд в составе председательствующего судьи фио, при секретаре фио,с участием прокурора отдела управления Генеральной прокуратуры адрес фио,обвиняемого фио,

защитника — адвоката фио,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу защитника фио на постановление Басманного районного суда адрес от дата, которым в отношении фио, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее специальное образование, не состоящего в браке, работающего, зарегистрированного по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до дата.

Выслушав пояснения обвиняемого фио, защитника — адвоката фио, подержавших доводы апелляционной жалобы и просивших суду ее удовлетворить, мнение прокурора фио, полагавшую, что постановление суда подлежит изменению, а в отношении обвиняемого может быть избрана более мягкая мера пресечения в виде домашнего ареста, суд

У С Т, А Н О В И Л:

дата ГСУ СК РФ возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по ч. 2 ст. 318 УК РФ.

В тот же день вышеуказанное уголовное дело соединено в одно производство с тремя уголовными делами, возбужденными по ч. 2 ст. 318, ч. 2 ст. 213 и ст. 317 УК РФ.

дата в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 УК РФ, задержан фио

дата фио предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

дата Басманный районный суд адрес, рассмотрев соответствующее ходатайство следователя, избрал в отношении обвиняемого фио меру пресечения в виде заключения под стражу до дата.

На вышеуказанное постановление адвокатом фио подана апелляционная жалоба, в которой он выражает несогласие с постановлением суда, находя его незаконным и необоснованным. Считает, что при принятии решения суд в нарушение требований ст.

99 УПК РФ, не учел данные о личности его подзащитного, в том числе то, что он является гражданином РФ, имеет постоянное место жительства в адрес, положительно характеризуется, работал, ранее не судим.

Полагает, что в основу судебного решения положены предположения следователя о том, что обвиняемый, находясь на свободе, может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Находит немотивированным решение суда об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты об избрании в отношении фио более мягкой меры пресечения. Просит постановление суда изменить, отменив избранную меру пресечения в виде заключения под стражу.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Так, согласно ст.

97 УПК РФ, мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый либо обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

//www.youtube.com/watch?v=97GTtn16QIs

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении фио отвечает требованиям ст. 108 УПК РФ, возбуждено перед судом лицом, в производстве которого находится уголовное дело, представлено в суд с согласия полномочного руководителя следственного органа, в установленные законом сроки.

Выводы суда о необходимости избрания в отношении обвиняемого фио меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении мотивированы и основаны на материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется, поскольку в постановлении приведены конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято решение об избрании данной меры пресечения.

Судом исследовались все обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ необходимы для принятия решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе при возбуждении уголовного дела, задержании фио в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и предъявления ему обвинения судом не установлено.

В представленных материалах также имеются сведения, подтверждающие и обоснованность подозрения причастности фио к вменяемому ему деянию. Документы о причастности были непосредственно исследованы в судебном заседании суда первой инстанции и учтены при принятии решения, что нашло свое отражение в обжалуемом постановлении.

Удовлетворяя ходатайство следователя, суд учел, что фио обвиняется в совершении преступления, относящегося к категории средней тяжести, за совершение которого уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется фио, фактические обстоятельства его совершения, а также данные о личности обвиняемого, давали суду достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, фио может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Выводы суда основаны на представленных суду органами предварительного следствия материалах, которые были исследованы в ходе судебного заседания, и не доверять которым у суда оснований не имелось.

При этом суд обоснованно не нашел возможным избрание в отношении фио иной, более мягкой меры пресечения, и свои выводы надлежаще мотивировал в постановлении.

Данные, характеризующие личность обвиняемого, представленные сторонами, а также сведения, сообщенные о себе фио, судом были исследованы в полном объеме и учтены при вынесении судебного решения, нарушений положений главы 2 УПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает. Указанные данные не могли служить достаточным основанием для отказа представителю следственного органа в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.

Избранная в отношении фио мера пресечения в виде заключения под стражу с учетом категории преступления и личности обвиняемого, а также других обстоятельств дела, в наибольшей степени гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства на данной стадии, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.

Каких-либо документов, свидетельствующих о наличии у фио заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится, суду первой и второй инстанций не представлено.

При принятии решения, суд первой инстанции, руководствовался как требованиями уголовно-процессуального закона РФ, Конституцией Российской Федерации, так и Конвенцией по защите прав человека и основных свобод. Постановление суда соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Оно основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании.

//www.youtube.com/watch?v=XhQMHkKN6RE

Что же касается доводов стороны защиты о том, что суд первой инстанции фактически не учел позицию прокурора, не подержавшего ходатайство следователя об избрании в отношении фио меры пресечения в виде заключения под стражу, то суд апелляционной инстанции отмечает, соблюдая принцип состязательности сторон, суд принимает во внимание мнение по ходатайству следователя, высказанное как стороной обвинения, так и стороной защиты. Вместе с тем, в соответствии со ст. 29 УПК РФ решение вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу является исключительной прерогативой суда.

Принимая во внимание вышеизложенное, оснований для отмены постановления суда и избрания фио иной меры пресечения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

В то же время постановление суда подлежит изменению, поскольку определив дату окончания срока действия меры пресечения, суд вопреки требованиям п.

20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от дата «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» не указал продолжительность периода содержания обвиняемого под стражей.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана фио сроком на 01 месяц 29 суток, то есть до дата.

В остальной части постановление суда является законным и обоснованным, оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т, А Н О В И Л:

Постановление Басманного районного суда адрес от дата в отношении обвиняемого фио изменить, считать, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана фио сроком на 01 месяц 29 суток, то есть до дата.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу — без удовлетворения.

Судья фио

Оригинал

Источник: //ovdinfo.org/documents/2017/05/13/isklyuchitelnaya-prerogativa-postanovlenie-mosgorsuda-ostavit-v-sizo-aleksandra

За продление арестов теперь будут отвечать и прокуроры

Можно ли оставить обвиняемого под стражей на время следствия?

01.03.2018 00:01:00

Закон о сокращении полномочий следственных органов вступает в силу 2 марта

У прокуроров появится право действовать в суде более самостоятельно и без постоянной оглядки на следователей. Фото с сайта www.sudrf.ru

Инициированные правительством поправки в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), которые расширяют полномочия прокуратуры по изменению сроков содержания под стражей, вступят в силу уже завтра.

Продлевать обвиняемым домашний арест или заключение в СИЗО следователи самостоятельно уже не смогут.

Эксперты пока продолжают спорить о том, насколько эти изменения кардинальны, но отмечают, что прокуратура более склонна к мягким мерам пресечения.

В принципе в законе никаких радикальных норм действительно нет. Сотрудники прокуратуры теперь смогут напрямую просить суды о продлении срока содержания обвиняемых под стражей или домашним арестом. Ранее же для этого им приходилось обращаться к следователю, который только один и мог подать ходатайство в суд.

Однако тот же прокурор может изучать материалы дела перед отправкой в суд и более 30 дней, то есть срок содержания задержанного может истечь. Как рассказал «НГ» юрист и правозащитник Александр Хуруджи, до этого времени вся ответственность за соблюдение сроков была на следствии, даже если дела уже передавались в прокуратуру.

«Речь идет об урегулировании коллизии в законе, – подчеркнул эксперт, – поскольку в подобных случаях сотрудники СК, уже не имея на руках уголовного дела и не зная его движения, не могли контролировать этот аспект уголовного процесса».

И это часто приводило к нарушениям процессуальных сроков содержания под стражей или домашнего ареста обвиняемого.

//www.youtube.com/watch?v=Lu7U5TdtoYs

Теперь уже прокуратура будет отслеживать все сроки в отношении них и при необходимости ходатайствовать о продлении после получения в свои руки дела от следствия. А это, по мнению Хуруджи, положительно скажется на судьбе обвиняемых.

По словам управляющего партнера юридической компании «BMS LAW Firm» Алима Бишенова, есть серьезная проблема, когда следствие в большинстве случаев назначает меру пресечения, связанную с лишением свободы, если даже для этого практически нет оснований.

«Я считаю, что эти изменения приведут к определенной либерализации применения мер пресечения», – подчеркнул Бишенов. Он напомнил, что следственные органы вообще склонны ходатайствовать о более жестких мерах пресечения, прокуратура же, наоборот, все время пытается смягчить «перегибы следствия». Поэтому, полагает эксперт, можно ожидать увеличения случаев назначения домашнего ареста.

«Данное нововведение может также изменить практику «автоматического» продления меры пресечения в виде заключения под стражу на стадии предварительного следствия», – заявил «НГ» адвокат Антон Пуляев. Он напомнил, что это нередко используется, чтобы оказать влияние на обвиняемого.

Однако среди экспертов оказались и скептики. Например, по мнению советника Федеральной палаты адвокатов (ФПА) Нвера Гаспаряна, основная цель закона – всего лишь «облегчить деятельность стороны обвинения на досудебной стадии по соблюдению сроков содержания под стражей».

Дело в том, что если раньше срок содержания под стражей высчитывался с момента взятия под нее и до направления прокурором уголовного дела в суд, то теперь – до момента направления дела от следователя прокурору.

«То есть сотрудники прокуратуры получили возможность для продления срока содержания под стражей через суд для обеспечения принятия ими самими решений по делу без учета ранее истекших сроков содержания», что не есть хорошо.

Иными словами, говорит Гаспарян, фактически введена отдельная стадия процесса – нахождение дела у прокурора с гарантированным сроком его рассмотрения до 30 суток. Поэтому, настаивает Гаспарян, «на практике это приведет к тому, что сроки содержания обвиняемых в ходе досудебного производства удлинятся».

А вот руководитель уголовной практики Адвокатской конторы «Бородин и Партнеры» Михаил Чечеткин полагает, что кардинальных перемен вообще ждать не стоит. Новый закон не приведет ни к сокращению сроков содержания под стражей, ни к их затягиванию. По мнению эксперта, инициатива носит скорее технический характер.

«Явная несогласованность норм на практике ранее решалась путем обращения следователя в суд с ходатайством о продлении на сроки, необходимые прокурору для принятия решения по делу, а суду – для назначения судебного заседания и решения вопроса о необходимости продления ранее избранной меры пресечения», – отметил Чечеткин. 

Источник: //www.ng.ru/politics/2018-03-01/3_7182_arest.html

Прокуроров наделят правом продлевать сроки содержания под стражей без суда?

Можно ли оставить обвиняемого под стражей на время следствия?

Сегодня во втором чтении приняты поправки в УПК в части урегулирования пределов срока содержания под стражей на досудебной стадии уголовного судопроизводства (законопроект № 40165-7).

Согласно предлагаемым изменениям, срок содержания под стражей в период предварительного расследования будет исчисляться с момента заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу и до момента направления уголовного дела прокурору.

По мнению некоторых СМИ, поправки фактически наделяют прокуроров право продлевать арест без суда.

В пояснительной записке к законопроекту необходимость его принятия обоснована тем, что в настоящее время из-за несогласованности норм, регламентирующих сроки предварительного расследования и содержания под стражей, следователь или дознаватель вынуждены продлевать срок предварительного следствия или дознания. Авторы инициативы объяснили, что такое продление осуществляется исключительно в целях содержания обвиняемого под стражей в период рассмотрения прокурором уголовного дела, то есть когда дальнейшее производство следственных действий уже не требуется, а производство расследования фактически окончено.

В связи с этим сроки предварительного расследования необоснованно увеличиваются на срок, необходимый для реализации прокурором полномочий по поступившему уголовному делу.

При этом процедура продления срока предварительного расследования также требует значительных временных затрат, в том числе связанных с необходимостью передачи уголовного дела на рассмотрение руководителя вышестоящего следственного органа, находящегося не по месту производства расследования.

При этом законопроектом предлагается установить, что в случае направления уголовного дела прокурору срок содержания под стражей может быть продлен на срок, необходимый для принятия решения по поступившему уголовному делу, самим прокурором, а также судом. По мнению авторов, это позволит исключить отвлечение прокурора на возбуждение и поддержание в суде ходатайств о продлении срока содержания под стражей.

На стадии внесения законопроекта в Госдуму эксперты «АГ» указали, что он направлен лишь на формальное приведение норм уголовно-процессуального закона в соответствие друг с другом и с практической точки зрения не имеет сколько-нибудь принципиального значения.

Адвокат КА «Свердловская областная гильдия адвокатов» Сергей Колосовский отметил, что Постановление КС РФ от 22 марта 2005 г.

№ 4-П более 10 лет назад принципиально разрешило обсуждаемую проблему: при продлении срока содержания под стражей суд должен закладывать «запас», необходимый для утверждения прокурором обвинительного заключения и принятия судом, в который поступит дело, самостоятельного решения по этому вопросу. «“Прокурорский” срок определен ч. 1 ст. 221 УПК РФ – 10 суток. Применительно к суду КС в указанном постановлении отметил, что разумным представляется 2-недельный срок. Таким образом, следователи по завершении расследования выходили в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей на срок, который на 25 дней превышал срок следствия. И чаще всего суды удовлетворяли такое ходатайство следователя», – пояснил он.

Однако адвокат заметил, что на практике действительно возникла коллизия, обозначенная в пояснительной записке. «Отдельные хитрые адвокаты, движимые стремлением “половить рыбу в мутной воде” и, пользуясь этой коллизией, освободить обвиняемого из-под стражи, стали возражать против продления срока содержания под стражей за пределами срока следствия», – объяснил Сергей Колосовский.

Он рассказал, что эта позиция порой с пониманием воспринимается судом. В итоге следствие вынуждено продлевать срок предварительного расследования с запасом, однако это бывает проблематично в силу положений ст.

162 УПК РФ, особенно когда этот срок подходит к годичному рубежу, после которого требуется продление в Москве. В результате описанных коллизий иногда следствие действительно заходит в тупик и освобождает обвиняемого.

«Однако это явление носит несистемный характер и погоды не делает, поэтому законопроект не носит революционного характера и никаких существенных изменений в практике продления меры пресечения не повлечет», – резюмировал адвокат.

Управляющий партнер АБ «АВЕКС ЮСТ» Игорь Бушманов согласился с малозначительностью предлагаемых поправок. Однако он заметил, что необходимо решить другую насущную проблему – чрезмерное использование следственными органами полномочий по неоднократному инициированию продления не только срока предварительного следствия, но и содержания граждан под стражей.

«Для судов удовлетворение подобных ходатайств давно превратилось в формальность, отвлекающую от основного назначения судопроизводства. Суд не вникает в суть обвинения (подозрения) и обычно исходит из “презумпции доверия” следствию», – отметил он.

При этом фактически утрачен контроль за такого рода процессуальными решениями со стороны органов прокуратуры, на которую в конечном итоге возлагаются важнейшие функции уголовного судопроизводства по утверждению обвинительного заключения и поддержанию государственного обвинения.

Игорь Бушманов считает целесообразным возвращение законодателем органам прокуратуры полномочий по решению вопросов о продлении срока содержания обвиняемых под стражей (домашним арестом) на всей досудебной стадии уголовного судопроизводства, которые были у нее изъяты в начале 2000-х гг.

«Прокурор будет более эффективно контролировать ход следствия по “арестным” делам, изначально вникая в суть обвинения и неся все бремя ответственности за ограничение свободы подследственных в случае его необоснованности, – уверен он.

– Судам достаточно оставить только решение вопросов о первичном избрании меры пресечения и о ее продлении исключительно на стадиях судебного разбирательства».

В то же время адвокат КА Pen & Paper Алена Гришкова назвала инициативу поспешной: «Разработчики законопроекта не учли положение ст. 158 УПК РФ, определившей, что предварительное следствие оканчивается в порядке, предусмотренном гл. 29–32 УПК РФ, то есть в момент направления уголовного дела в суд, – объяснила она.

– Кроме того, утверждение, что следователь или дознаватель вынуждены продлевать срок расследования уголовного дела и содержания под стражей на период рассмотрения уголовного дела прокурором для утверждения обвинительного заключения или обвинительного акта, ошибочно, так как срок следствия или дознания в соответствии со ст.

162 УПК РФ продлевается исключительно для производства следственных и процессуальных действий».

Источник: //www.advgazeta.ru/novosti/prokurorov-nadelyat-pravom-prodlevat-sroki-soderzhaniya-pod-strazhey-bez-suda/

Как избирают меру пресечения

Можно ли оставить обвиняемого под стражей на время следствия?

После задержания подозреваемого на срок до 48 часов по решению дознавателя или следователя приходит черед избрания меры пресечения. При этом должны учитываться тяжесть предполагаемого преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий (ст. 99 УПК РФ).

В соответствии с кодексом, есть пять возможных мер пресечения: подписка о невыезде и надлежащем поведении, личное поручительство, залог, домашний арест и заключение под стражу. На практике же обычно применяются лишь первая и последняя.

Меры пресечения в виде домашнего ареста или заключения под стражу избираются только по решению суда. Ведь речь идет о свободе человека – основной ценности социального государства. Внешне все идеально. А на самом деле? Иной раз профлидеру не помешает представить себя на месте подозреваемого и ощутить всю неповторимость момента: отправят домой или в “комфортабельные номера” СИЗО?

РОЛЬ СЛЕДОВАТЕЛЯ В ПРИНЯТИИ РЕШЕНИЯ

Решение принимает суд. Но ходатайствует о, допустим, заключении под стражу – следователь. И уж если он решит, что, кроме СИЗО, ничто не спасет общество от вас, то можете не сомневаться: суд примет решение, нужное следствию.

Большинство судов по мере пресечения – пустая формальность, поэтому если хотите выйти из тюрьмы под подписку или залог, решайте этот вопрос со следователем. Будьте уверены, что “самый гуманный в мире” останется глух к вашим аргументам. Настоящий центр принятия этого решения – следователь, а не судья.

Но отпускает домой он, как правило, только тех, кто признавался в преступлении или явился с повинной. А еще лучше – изобличал подельников. Но и это помогает не всегда.

Достаточно следователю лишь предположить, что вы можете скрыться, повлиять на ход расследования или воздействовать на свидетелей, и это почти наверняка суд примет без проверки. А если у вас есть такой магический документ, как загранпаспорт, то ваше намерение скрыться становится “несомненным”.

Как правило, суд по мере пресечения проходит каждые два месяца. И каждый раз следователь обосновывает необходимость оставить вас в тюрьме еще на тот же срок. А потом еще и еще, пока не передаст все дело в суд для рассмотрения по существу.

Частенько в течение очередного “двухмесячника” следователь вами вообще не занимается – у него есть другие дела или он в отпуске.

Но по истечении срока вашего содержания под стражей он ходатайствует перед судом, выдумывая новые причины, чтобы оставить меру пресечения без изменения.

Любимая фраза в таком случае – “основания для применения данной меры пресечения не изменились и не отпали”. Слыша эти слова, судья не оставляет вам никаких шансов. Ведь не отпали же!

Один из арестантов, обвиняемый по ст. 158 УК РФ (“Кража”), взмолился перед судьей:

– Ваша честь! За четыре месяца, что я нахожусь в СИЗО, следователь появился у меня лишь один раз – забрал мои ботинки на экспертизу, и больше я его не видел!

– То, что к вам не приходил следователь, еще не говорит о том, что он не вел процессуальных действий! – таков был суровый ответ отправляющего правосудие.

В другом случае судья устроил нешуточный нагоняй следователю: “Почему вы медлите с допросами? Почему волокитите с экспертизами? Что конкретно вы сделали за эти два месяца?” Арестант смотрел на судью с удивлением и надеялся уже вечером быть дома. Но чуда не произошло. Показательный концерт в суде закончился очередной “закрывашкой” подозреваемого.

КАК ПОВЛИЯТЬ НА РЕШЕНИЕ СУДЬИ САМОСТОЯТЕЛЬНО

Многие арестанты серьезно готовятся к подобного рода судам – предоставляют документы о том, что имеют работу и постоянное место жительства, семью и престарелых родителей-инвалидов.

Тем самым пытаясь обосновать свою позицию: скрываться они не намерены и готовы являться к следователю по первому зову.

А также собирают различные положительные характеристики, подтверждая свою законопослушность и добропорядочность.

В одной из камер СИЗО сидел депутат. Явление нечастое. Сокамерник решил воспользоваться случаем и попросил ходатайствовать об изменении ему меры пресечения на подписку о невыезде.

“Как ты себе это представляешь?” – вопрошал депутат. “Ты напишешь ходатайство на своем депутатском бланке. Будет круто выглядеть, когда в суде я зачитаю бумагу от депутата!” – “Хорошо. Мне нетрудно.

Но учти, документ будет рукописный”. – “Пускай!”

Ходатайство было оформлено. В нем звучало много теплых слов об арестанте, о том, какой он хороший семьянин и что больше никогда не преступит закон. Сокамерник депутата бережно взял “документ”, стараясь не помять. Он возлагал на него нешуточные надежды. Как же? Ведь просит сам депутат! Но… не помогло.

– Судья удивился, увидев эту бумагу, – рассказывал он вечером, вернувшись в камеру. – Потом стал расспрашивать, как она появилась и откуда мы знакомы. Я рассказал. Он с трудом сдержал смех, сказав, что ходатайства от депутатов-сокамерников ему не встречались. Приобщил бумагу к делу и “закрыл” меня еще на два месяца.

А один из профсоюзных лидеров, обвинявшийся в нешуточном коррупционном преступлении, решил в борьбе за свободу пойти другим путем.

Понимая тяжесть предъявленного обвинения и тщетность просьб о подписке или залоге, он ходатайствовал об изменении меры пресечения на связанную с лишением свободы – домашний арест с полной изоляцией от общества. В соответствии со ст. 107 УПК РФ. Без прогулок, телефона и интернета.

С запрещением входить в квартиру всем, кроме близких родственников. Обосновал это тем, что, будучи ограниченным только своей квартирой, не сможет продолжать преступную деятельность, как того боится следствие. Не сможет повлиять на свидетелей или скрыться – на нем будет браслет.

Не будет иметь возможности уничтожить доказательства по делу, так как обыск в квартире уже произведен. И вообще, все отличие от СИЗО лишь в более комфортном физическом существовании – еде, помывке, общении с семьей. Он просил суд обосновать, чем заключение под стражу в данном случае лучше домашнего ареста.

Судья слушала его речь внимательно. В судейской голове явно копошилась какая-то мысль. Возможно, о том, как правильно отказать, в общем-то, в обоснованной просьбе. Судя по решению, мысль так и не пришла.

Ибо решение звучало буднично: “Оставаясь на свободе, обвиняемый может скрыться от органа предварительного следствия, уничтожить доказательства по делу или продолжать заниматься преступной деятельностью”.

– Ваша честь! – вскричал профлидер. – Я же просил не о свободе, а о домашнем аресте с полной изоляцией!

Но “ее честь” уже собрала документы и спешно удалялась к себе в судейские апартаменты.

ОБВИНИТЕЛЬ “ИДЕТ НА ПОВЫШЕНИЕ”

Во время суда по мере пресечения обвиняемый с адвокатом сидят по одну сторону от судьи, а следователь, ходатайствующий о содержании под стражей, и всегда поддерживающий его прокурор – по другую.

В прошлой публикации мы рассказывали о пожилом руководителе из Питера, которого следователь долго вызывал на допрос в Мурманск в качестве свидетеля, а по приезде задержал как подозреваемого. Руководитель откладывал явку к следователю в том числе потому, что не с кем было оставить десятилетнего внука, врученного ему на попечение дочерью, которая долго и трудно разводилась.

Об этом он говорил следователю и просил войти в положение.

Так вот, чтобы полнее обосновать необходимость применить к руководителю содержание под стражей, прокурор эмоционально заявил в суде: “Ваша честь, чтобы не являться на допросы, обвиняемый взял на иждивение внука! Он готов пойти на все, чтобы скрыться от следствия!” Этот ли аргумент повлиял на судью или другой, но судьбой руководителя стал СИЗО.

Чтобы продлить срок содержания под стражей, следователи порою идут на хитрости.

Директора филиала микрофинансовой организации, поименованного телевизионщиками “черным коллектором”, следствие обвиняло в преступлении по ч. 2 ст. 330 УК РФ (“Само- управство”).

Дескать, он слишком рьяно выбивал долги из клиентов. Признавать вину директор отказывался, и кто был прав, неизвестно. Но суть в другом.

Статья 330 УК предполагает максимальный срок наказания – пять лет лишения свободы, это за преступление средней тяжести.

Для справки: до трех лет – за преступление небольшой тяжести, до пяти – средней, до десяти – за тяжкое, свыше десяти – за особо тяжкое (ст. 15 УК). По ст.

109 УПК, при расследовании преступлений содержание под стражей свыше шести месяцев применимо только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений.

Шестимесячный срок пребывания коллектора в СИЗО подходил к концу, чему он был рад, так как баланда успела порядком надоесть и хотелось домой. Но не тут-то было. Следствие было в самом разгаре, и в ходе очередного заседания суда по мере пресечения следователь доложил председательствующему, что в преступлении выявились новые обстоятельства.

Они позволили вменяемую “черному коллектору” ст. 330 переквалифицировать на ч. 2 ст. 163 УК (“Вымогательство” – до семи лет). А поскольку это преступление относится к тяжким, то срок содержания под стражей нужно продлить.

Судья почесал “котелок”, объявил перерыв на две минуты, после чего удовлетворил ходатайство следователя – к изумлению коллектора и ужасу его жены и дочери.

Справедливости ради добавим, что коллектор обжаловал это решение. И произошло чудо – апелляционная инстанция отменила избранную судом меру пресечения, что случается один раз из тысячи, а то и реже.

Отрицательные ответы в таких случаях пачками штампуются областными и краевыми судами. Там даже не вникают в суть.

А этим решением коллектор был удивлен еще больше, чем продлением срока содержания под стражей, что подтверждает “штучность” данного явления.

Согласно той же ст. 109 УПК, продление срока содержания под стражей после шестимесячной “отсидки” предусматривается только в случае особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения.

Следователю же не составит труда обосновать, что ваше дело исключительно сложное, необходимо еще допросить множество свидетелей, провести экспертизы, очные ставки и прочие процессуальные действия.

Судья внимательно выслушает его, а также ваши возражения и примет решение в интересах следствия.

Срок содержания под стражей свыше 12 месяцев может быть продлен лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений, и только верховным судом республики, краевым или областным судом либо судом города федерального значения – до 18 месяцев. Дальнейшее продление не допускается. Хотя, опять же, есть и исключения (ч.ч. 3, 4 ст. 109 и ч. 3 ст. 31 УПК).

*   *   *

Следующая публикация будет посвящена допросу обвиняемого: как допрос должен проводиться и какую тактику следует избрать допрашиваемому.

Источник: //www.solidarnost.org/Blog/edmond-dantes/Kak_izbirayut_meru_presecheniya.html

Глав-книга
Добавить комментарий