Какую максимальную меру самообороны я могу допустить для защиты своих здоровья и жизни?

Как защитить себя от нападения и не оказаться в тюрьме? Памятка юристов «Команды 29» и «Агоры» — Meduza

Какую максимальную меру самообороны я могу допустить для защиты своих здоровья и жизни?

На фоне постоянных новостей о нападениях на политиков и активистов часто возникает вопрос о самообороне.

Есть ли законные способы защитить себя от атаки с зеленкой или каким-то другим химическим раствором? Можно ли при этом применять какие-то средства вроде травматического оружия или баллончика? Не будет ли считаться, что обороняющийся сам нарушил закон? «Медуза» публикует памятку о самообороне, подготовленную юристами «Агоры» и «Команды 29».

Какой может быть необходимая оборона?

Конституция России дает каждому право защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Статья 37 Уголовного кодекса дает право обороняться, если на вас напали, но превышение пределов необходимой обороны наказуемо.

Помните, что каждая история уникальна — и универсального совета, как вести себя, если на вас напали, нет. Понимание возможных последствий поможет решить, стоит ли обороняться, но в случае их наступления лучше найти квалифицированного адвоката как можно скорее.

Необходимая оборона — защита личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни, либо с непосредственной угрозой такого насилия. В этом случае вы можете причинить нападающему любой вред (вплоть до убийства).

Опасное для жизни насилие — причинение вреда здоровью, создающее реальную угрозу для жизни (например, ранения жизненно важных органов), способ нападения, создающий реальную угрозу для жизни (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т. п.).

Непосредственная угроза применения насилия — высказывания о намерении убить вас или причинить опасный для жизни вред здоровью, демонстрация оружия, если есть основания опасаться осуществления угрозы.

Пределы необходимой обороны —если нападение не сопряжено с насилием, опасным для жизни (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья), вы можете защищаться, не превышая пределов необходимой обороны. Вы не должны умышленно причинять вред, не соответствующий опасности нападения.

Неожиданное нападение —если на вас нападают неожиданно, и вы не можете объективно оценить степень и характер опасности нападения, причинение нападающему любого вреда не будет превышением необходимой обороны. Суд выяснит, насколько неожиданной для вас была атака, учитывая время, место, обстановку, способ нападения, ваше эмоциональное состояние.

Пример. Суд может счесть неожиданным, например, нападение, совершенное в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшийся в состоянии испуга не смог оценить характер опасности.

Например, жительница Нижнего Тагила Оксана Нестерова в январе 2010 года застрелила из охотничьего ружья налетчика. Леонид Б. вместе с другом ворвался к ней в дом ночью и выстрелил в Оксану из травматического пистолета. На шум прибежала ее сестра с ружьем.

Оксана не глядя выстрелила и убила Леонида. Доследственная проверка признала ее действия необходимой обороной.

Помните! Статья о необходимой обороне распространяется на всех, вне зависимости от того, занимались ли вы вольной борьбой или последний раз дрались в пятом классе. Обороняться вы можете, даже если у вас есть возможность сбежать или позвать на помощь. Вы можете защитить другого человека, если на него напали. В этом случае ваши действия также будут оценивать по статье о необходимой обороне.

Что будет за превышение пределов необходимой обороны?

В Уголовном кодексе есть наказание за убийство или причинение тяжкого или среднего вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны. За первое — до двух лет лишения свободы, за второе — до года.

Пример. В 2011 году в московскую квартиру позвонил грабитель. Хозяин квартиры впустил его и получил пулю из травматического пистолета. Брат пострадавшего несколько раз ударил грабителя, грабитель умер. На жителей квартиры завели дело за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, но в итоге решили, что превышения пределов не было.

Помните! Если суд решит, что вы спровоцировали нападение, чтобы использовать его как повод для причинения вреда здоровью или других противоправных действий, ваши действия будут квалифицированы на общих основаниях, а не как необходимая оборона.

Что делать, если на вас напали?

Всегда, когда есть возможность, лучше убежать и скрыться, особенно если нападающие превосходят вас силой. Если бежать некуда, защищайтесь.

Не рассчитывайте на помощь прохожих или полиции, но попробуйте привлечь свидетелей — они смогут после дать показания на вашего обидчика.

Используйте только разрешенное оружие самообороны и подумайте перед тем, как его достать. Если вы не готовы им воспользоваться, лучше не угрожайте.

Нападают с тортом, яйцами или мукой. Лучше попытаться избежать нападения, если возможно. Вы имеете право обороняться, но превышать пределы необходимой обороны нельзя. Торт и яйца не опасны для здоровья и жизни, и нанесенный злоумышленнику вред суд может посчитать превышением пределов.

Нападают с зеленкой или иным раствором. Зеленка может нанести тяжкий вред здоровью, попадание в глаза грозит потерей зрения. Когда угрожают облить зеленкой и есть основания верить угрозе, можете обороняться.Если уже облили и нападение прекратилось, свидетели могут задержать нападавшего, не причиняя ему существенного вреда.

Если на вас нападают с зеленкой и вы понимаете, что это зеленка, использование травматического пистолета могут счесть превышением пределов необходимой обороны. Но в случае, например, блогера Ильи Варламова, на которого напала группа людей, помимо зеленки применившая физическую силу, можно было сопротивляться: степень угрозы жизни была неясна, можно было ожидать новых увечий.

Вас бьют. Если есть возможность, попытайтесь оценить потенциальную угрозу жизни и здоровью и обороняться соразмерно. Если нападающие используют оружие или значительно сильнее вас, закон позволяет обороняться любым способом и использовать оружие. Если реальной угрозы жизни нет, причинение тяжкого или среднего вреда или смерти нападающим будет превышением допустимой обороны.

Вы свидетель нападения. Если хотите помочь тем, на кого напали, можете вмешаться в происходящее. Закон позволяет защищать не только себя, но и других людей. На вас будут распространяться те же положения законодательства о необходимой обороне.

Также вы можете попытаться задержать нападавшего; если причините ему вред, ваши действия будут оценивать по 38 статье УК РФ «Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление».

Если превысите необходимые меры для задержания, убьете преступника или нанесете тяжкий и средний вред его здоровью, вас могут привлечь к уголовной ответственности.

У нападающего есть оружие. Если вам угрожают оружием или используют его при нападении, вы можете защищаться соразмерно угрозе жизни и здоровью, в том числе с использованием оружия.

Если вы перехватили у нападающего оружие, это не значит, что на вас уже не нападают.

Когда суд будет решать, сохранялась ли угроза продолжения посягательства, он учтет число нападавших, их возраст, пол, физическое развитие и другие обстоятельства.

Вред, нанесенный нападающему после окончания нападения, не считается необходимой обороной. Но если вы думали, что нападение продолжается, суд должен учесть это. Суд также может счесть ваши действия задержанием преступника и оценить их по 38 статье УК.

На вас нападают с неизвестным раствором, порошком, оружием. Если вы не понимаете, что именно вам угрожает, и не можете объективно оценить опасность, но есть основания опасаться этой угрозы, вы имеете право защищаться любым доступным способом.

Нападающие — сотрудники правоохранительных органов.

Если сотрудники органов бьют вас и причиняют вред здоровью, суд может квалифицировать ответные действия как сопротивление сотруднику правоохранительных органов при исполнении или применение насилия к сотруднику полиции.

Если вам пришлось противостоять сотрудникам органов, постарайтесь найти свидетелей, готовых дать показания, снять побои, и подготовиться доказывать, что действия сотрудников были не правомерны.

Пример. Андрея Крекова из Архангельска неоднократно привлекали за применение насилия к сотруднику полиции. Однажды Креков с девушкой в вечернем наряде выходили из дома, его пригласили в автомобиль полиции, где сотрудники сообщили, что он задержан за вождение в пьяном виде.

Креков даже не успел сесть за руль, опьянение не подтвердилось, но сотрудники потребовали предъявить документы и применили физическую силу к девушке. Креков вырывался из машины, за это его избили полицейские, побои он фиксировать не стал. «Через два-три месяца мне предъявили обвинение в избиении полицейских.

При этом в деле причины моего задержания так и не были указаны. Тогда я получил три года условно», — рассказывает Креков.

Помните! Состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала нападения, но и при наличии реальной угрозы, то есть с момента, когда нападающий готов атаковать. Суд установит, имелись ли у вас основания опасаться реального нападения.

Как применять оружие при самообороне?

Законодательство предусматривает «оружие самообороны». Оно, кроме огнестрельного, не требует специальной лицензии. Это электрошоковые устройства, газовые пистолеты, распылители, аэрозоли с разрешенными слезоточивыми или раздражающими веществами, огнестрельное оружие с травматическими, газовыми и светозвуковыми патронами, огнестрельное гладкоствольное длинноствольное оружие.

Обороняясь, вы можете применить оружие, но важно соблюдать пределы необходимой обороны. Выстрел даже из травматического пистолета могут счесть превышением, если вашему здоровью ничего не угрожало.

Есть правила применения оружия для защиты жизни, здоровья и собственности в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости.

  • Перед применением четко предупредите, если промедление не повлечет тяжких последствий.
  • Не используйте огнестрельное оружие против женщин, несовершеннолетних, если это известно, инвалидов и людей с признаками инвалидности, за исключением защиты от вооруженного или группового нападения.
  • Сообщите о применении оружия не позднее чем через сутки в орган, уполномоченный в сфере оборота оружия.
  • Не носите оружие пьяным, не приносите его на публичные мероприятия и не доставайте, если нет оснований.

Что делать, когда нападение закончилось?

  • Убедитесь, что вам больше ничто не угрожает.
  • Если вы причинили вред здоровью нападавших, вызовите «скорую» и попытайтесь оказать первую помощь. Это подтвердит, что вы не планировали причинять вред.
  • Сразу же вызовите полицию на место происшествия, но не давайте показаний до приезда адвоката.
  • Продумайте с адвокатом стратегию защиты и общайтесь с органами правопорядка только в его присутствии.

Что делать, если вас судят за самооборону?

Следственный комитет часто квалифицирует действия обороняющегося по тяжким статьям, минуя применение норм о необходимой обороне и превышении ее пределов. То же делают и суды, когда рассматривают дело по существу.

Пример. Иван Барыляк из Ставрополя конфликтовал с управляющей компанией «Комфорт сервис». После очередного спора на Ивана напали, он получил четыре пули из травматического пистолета.

Однако дело возбудили не в отношении нападавших, а на самого Ивана: его обвинили по статьям о хулиганстве, умышленном причинении легкого вреда здоровью и побоях. Барыляка осудили на 3 года и 6 месяцев строгого режима.

Нападавших на него не только не наказали, но и не установили.

Уголовное наказание предусмотрено только за умышленное причинение смерти или тяж­кого или среднего вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны. Умышленное причинение меньшего вреда не влечет уголовной ответственности — так закон защищает обороняющегося, «позволяя» ему причинить легкий вред здоровью, даже если угроза жизни не так велика.

На практике доказать необходимость обороны сложно, особенно когда нет свидетелей нападения или записей камер видеонаблюдения с места происшествия. В суде будет трудно, особенно если нападавший пострадал сильнее, чем оборонявшийся. Могут возбудить дело по факту причиненного вреда нападавшему, поэтому обороняться стоит только если нет возможности скрыться или договориться. 

Суд при решении вопроса о превышении пределов необходимой обороны учтет:

  • способ нападения;
  • место и время посягательства;
  • события, которые предшествовали посягательству;
  • неожиданность нападения;
  • число нападавших и оборонявшихся;
  • применяли ли оружие или другие предметы как оружие;
  • насколько тяжкие последствия могли наступить, если бы нападавший довел дело до конца;
  • мог ли оборонявшийся отразить посягательство: его возраст и пол, физическое и психическое состояние и т. п.;
  • была ли необходимость причинять нанесенный вред, чтобы предотвратить или пресечь посягательства;
  • иные обстоятельства.

Суд должен будет обосновать вывод о превышении пределов обороны, сославшись на обстоятельства дела, которые свидетельствуют, что защита явно не соответствовала опасности посягательства.

Насилие и его безнаказанность заставляют активистов защищаться, но после защита нужна им в суде. Адвокаты «Команды 29» и международной правозащитной группы «Агора» будут защищать активистов, которые решили активно обороняться.

Мы готовы представлять интересы гражданских активистов, пострадавших от нападений и обвиняемых в превышении пределов необходимой обороны. Напишите нам на info@team29.org или agorarights@gmail.

com.

Юристы«Команды 29» и «Агоры», специально для «Медузы»

Источник: //meduza.io/feature/2017/05/05/kak-zaschitit-sebya-ot-napadeniya-i-ne-okazatsya-v-tyurme

Как не сесть за самооборону

Какую максимальную меру самообороны я могу допустить для защиты своих здоровья и жизни?

Сопротивление нападающему на тебя человеку — самооборона или насилие?

Ежегодно в России получают широкий общественный резонанс уголовные дела, связанные с самообороной. Очень редко можно спрогнозировать, каким исходом обернется то или иное дело, даже при схожих обстоятельствах. И чаще суд выносил решение не в пользу защищающегося.

Есть, однако, несколько громких дел, в которых люди, применившие самооборону, были оправданы. Рассмотрим, как и почему это происходило.

Дело о голодном сожителе

12 апреля текущего года Мосгорсуд оправдал женщину, которая зарезала своего сожителя, защищая свою жизнь. Тот пришел домой пьяным, возмутился, что гражданская супруга якобы приготовила еду только на себя, и начал ее душить. Женщина освободилась и ударила его подвернувшимся ножом. Она немедленно вызвала скорую, но мужчина скончался.

Мосгорсуд признал, что в действиях женщины не было преступного умысла и что у нее были основания обороняться, так как она реально опасалась за свою жизнь.

«В американской практике самообороны есть правило Stay Your Ground — „стой на своем месте“, которое разрешает применение оружия против другого человека в случае, если это предотвратит преступление. В России же все иначе», — поясняет «Ридусу» адвокат Матвей Цзен.

Российская практика рекомендует не применять насилие, а убегать с места преступления. Здесь больше шансов, что тебя оправдают, если в ходе следствия получится доказать, что тебе некуда было деться в момент совершения нападения. Если же возможности для отхода были, то на суде дело может кончиться плохо.

Дело Галины Каторовой

Аналогичный случай произошел в Приморском крае. Галина Каторова ударила мужа ножом, когда он избивал ее и душил при свидетеле. Правда, свидетель — сосед — предпочел выйти на балкон и не вмешиваться. Следствие было намерено обвинить Галину, однако суд решил, что у нее не было возможности покинуть обстановку, где ее жизни угрожала опасность.

«Пленум Верховного суда РФ (постановление от 27.09.2012 № 19) определил необходимую оборону в качестве „основания для признания правомерным причинение вреда лицам, посягающим на охраняемые уголовным законом социальные ценности“. Ст. 37 УК РФ (необходимая оборона) определяет случаи, при которых лицо не подлежит уголовному преследованию», — поясняет источник «Ридуса» в силовых структурах.

Часть 1 статьи 37 гласит: не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

«Таким образом, если хрупкая барышня, чистя свой спортивный арбалет, вышла на шум в коридоре и обнаружила свою мать, лежащую в луже крови и нависающего над ней двухметрового мужика с куском арматуры в руке, который дёрнулся в сторону барышни с криком „И тебя завалю!“, выстрелит из арбалета в незваного гостя, то это будет необходимой обороной», — говорит наш источник.

Галине Каторовой, как и первой женщине, к тому же некуда было деваться: нападение произошло у нее дома.

Дело казака Шишова

В 2017 году были признаны невиновными казак Олег Шишов и его друзья — Алексей и два Александра Дутовы. Они поссорились с цыганом Дмитрием Пестриковым, к которому ушла жить дочь Алексея Дутова, и Пестриков пообещал, что прострелит голову Шишову.

В итоге у ворот дома казака собралась толпа из 24 человек, вооруженных пневматическими и травматическими пистолетами, битами и холодным оружием. У обороняющихся были травмат и карабин «Сайга». Погибло двое нападавших.

Вначале уголовное дело было возбуждено в адрес обороняющихся, но вскоре прекращено и возбуждено против другой стороны.

«Агрессия должна исходить не от вас; она должна быть сопряжена с насилием или с угрозой насилия; у вас не должно быть умысла на причинение вреда посягавшему, а только на пресечение посягательства; если вы не могли до конца оценить характер нападения и степень опасности, то вы не превысили пределов необходимой обороны», — резюмирует адвокат, заведующая филиалом № 36 Московской областной коллегии адвокатов Ксения Степанищева.

Дело «миасского стрелка»

Известна история «миасского стрелка» Александра Григорьева.

В его дом в ночь с 1 на 2 января 2016 года вломились пятеро человек — четверо мужчин и одна женщина, известная компания пьяных дебоширов из соседнего села. Они сразу ударили Александра так, что тот отключился.

Незваные гости угрожали убить всю семью. Очнувшись, Александр первым делом добрался до сейфа, где лежало ружье. Четверых нападавших он убил, пятого ранил.

Его арестовали, но почти сразу отпустили под подписку о невыезде — вступился глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. Дело не дошло даже до суда.

Матвей Цзен поясняет: на Григорьева напали в его собственном доме и он не имел возможности убежать. Фактически самооборона — единственное, что ему оставалось. Кроме того, сыграло роль то, что Григорьев защищал своих близких.

«Очень многое зависит от того, насколько быстро человек сориентировался, когда дело дошло до дачи показаний. Ты не обязан разбираться, воровать они пришли или убивать, ты можешь не успеть разобраться.

Защищать можно и себя, и близких, и общественный интерес, если он значим. То есть, если некто начал при тебе стрелять по людям, а ты можешь его пристрелить, — стреляй.

Желательно громкое предупреждение и первый выстрел вверх», — говорит Ксения Степанищева.

«Уголовный кодекс (ст. 37 УК РФ) говорит: „при защите личности и прав обороняющегося или других лиц“, т. о. в этот круг включены не только родные и близкие, но и вообще посторонние люди.

Григорьев терял сознание, у нападавших был нож, и избиение сопровождалось угрозой убийством (принимая во внимание алкогольное опьянение и агрессивность нападавших, данная угроза могла быть приведена в исполнение, а лежащий в крови брат и был принят Григорьевым за убитого).

Таким образом, он поступил в рамках закона», — говорит наш источник в силовых структурах.

При этом он уточняет, что защита имущества (а не жизни близких) не может являться оправдывающим фактором.

«Формулировка „общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица“ однозначно трактует угрозу жизни, а не имуществу. Охрана имущества подпадает под „охраняемые законом интересы общества или государства“, однако здесь уже все крайне расплывчато.

Момент „если при этом не было допущено умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства“ можно трактовать в довольно широких рамках.

Таким образом, прикладом дать по голове и связать до приезда полиции можно, но если проломишь череп, то разбираться будут долго и не факт, что окажешься правым», — поясняет он.

Дело Александра Соколова

А вот в сходном случае с Александром Соколовым оправдания удалось добиться только в Верховном суде РФ. На мужчину с товарищем напали трое грабителей, начали избивать их рейками, сорванными со скамеек.

Соколов пытался убежать, но его догоняли и продолжали бить. Ему удалось схватить одну из реек и ударить нападавшего по голове. Тот скончался.

Соколову присудили шесть лет лишения свободы, и только вмешательство Верховного суда оправдало его.

«Никто не скажет вам, какие факторы сработали на оправдательный приговор в том или ином случае, не видя всех материалов дела, потому что внутреннее убеждение суда складывается в ходе разбирательства под влиянием многих факторов», — говорит Ксения Степанищева.

Есть общие рекомендации Верховного суда, которые он дал в 2012 году в Постановлении Пленума N 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», там про все это есть — что жертва не обязательно должна спасаться бегством (раньше продолжение обороны при возможности убежать однозначно трактовалась как превышение), что жертва может не суметь в условиях конфликта объективно оценить его опасность и так далее.

Описанные случаи Григорьева и Соколова похожи: несколько нападавших — высокая опасность, использование палок или оружия для нанесения телесных повреждений жертве; жертва оборонялась также с применением оружия.

Но Григорьева оправдали, а Соколова нет. Почему во внешне схожих случаях приговоры отличаются? Потому что в уголовном праве нет идеально схожих ситуаций, следователей и судей.

Никакой методики, формулы, где при подстановке данных возникает ответ, тоже не существует.

По одному из дел в Алтайском крае кассация отменила обвинительный приговор по пьяной драке, когда гражданин отобрал нож у нападавших (часто встречается, но тут парню повезло) и отбивался этим ножом, убив двоих нападавших.

«После того как Ш-ву удалось вырвать нож, он понимал, что потерпевшие продолжают свое нападение, нанося ему удары руками по телу и голове», — указал суд, отменяя приговор.

То есть здесь сыграла роль продолжающаяся угроза, поясняет Ксения Степанищева.

Дело Александры Лотковой

В метро компания подвыпивших молодых людей напала на ее друзей (по версии защиты; по версии пострадавших, напротив, друзья Лотковой начали первыми). Завязалась драка. Лоткова, 21-летняя студентка, вытащила из сумочки травматический пистолет и выстрелила в одного из нападавших. Пуля прошла тому сквозь легкое.

Александру осудили и приговорили к трем годам лишения свободы. Позже она была выпущена досрочно. Всего она провела в заключении более двух лет, считая период домашнего ареста.

Матвей Цзен поясняет: отличие дела Лотковой от дел, по которым были вынесены оправдательные приговоры, в том, что конфликт происходил в метро и компания девушки могла убежать, вместо того чтобы применять силу. Такова российская практика.

Если говорить о том, что в обществе монополия на насилие принадлежит только государству, то в таком вымышленном идеальном государстве граждане не должны сопротивляться преступникам, потому что любое сопротивление — это насилие. Граждане в этом случае должны претерпевать преступление и звать на помощь полицию, то есть государство, которое уже имеет право на применение насилия, — поясняет адвокат Матвей Цзен.

«Понятно, что это абсурд, — продолжает юрист. — Само устройство жизни и инстинкты, в том числе инстинкт самосохранения, который принадлежит человеку, говорят о том, что в случае угрозы жизни нужно сопротивляться всеми способами, включая насилие».

Государство, по словам адвоката, это социальная конструкция, а инстинкты — биологическая, поэтому она однозначно превалирует. «Поэтому всегда существовал такой вот компромисс, — заключил Цзен. — В разных странах он решается по-разному.

В нашей стране он фактически решен в пользу государства. Граждане могут сопротивляться, но их за это наказывают так, словно совершенное ими в результате самообороны насилие было нелегитимным.

Это, в общем, даже не компромисс, а решение вопроса в пользу государства».

Ксения Степанищева при этом поясняет, в чем отличие дела Лотковой от дела «миасского стрелка», также защищавшего близких.

«Каждый случай индивидуален. С Лотковой все неясно, но там, по всей видимости, не было такой угрозы, чтобы стрелять», — говорит она.

Когда еще оправдывают обороняющихся?

В статье 37 УК РФ есть еще два пункта, которые определяют, когда человек не подлежит уголовному преследованию за самооборону.

Часть 2: защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства. «Это значит, что если крупногабаритный мужчина бьет хрупкую девушку, а барышня кухонным ножом расцарапает в это время ему руки (расцарапает, а не отрежет), то это тоже необходимая оборона», — говорит источник «Ридуса» в силовых структурах.

Часть 2.1: не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.

«Если в темной подворотне на нашу хрупкую девушку выскочит высокий мужчина с криком „Убью, тварь!“, девушка ударит его током из электрошокера, а впоследствии окажется, что паренек гнался за подло сбежавшим из дому котом, то это все еще необходимая оборона», — поясняет наш источник.

Какова тенденция?

Матвей Цзен считает, что реакция гражданского общества, которое активно вовлекается в процесс дел по самообороне, позволяет повысить процент оправдательных приговоров.

Ксения Степанищева придерживается другого мнения.

«Мне кажется, количество оправданий вообще уменьшается. Тут могут разные факторы работать — может, суды стали жестче, а может, наоборот, следствие прекращает дела по этому основанию… Надежда умирает последней, но прогресс есть в любом случае: гуманизация общества, широкая общественная огласка, внимание СМИ играют большую роль.

Недавно принят закон о трансляции судебных заседаний. Когда это заработает, процесс станет не просто открытым — он станет открытым для всего общества. По ряду уголовных дел было огромное общественное давление и человека удалось спасти.

Каждый имеет право на защиту себя, своих близких, имущества, да и вступиться за постороннего человека тоже не должен бояться», — говорит она.

Еще один фактор, который может повлиять на увеличение оправдательных приговоров по делам самообороны, — это практика суда присяжных, заработавшая недавно в России. В любом случае гражданское общество пока, хоть и медленно, справляется с задачей менять систему к лучшему.

Источник: //www.ridus.ru/news/283827

Необходимая самооборона, или Когда преступник и жертва меняются местами

Какую максимальную меру самообороны я могу допустить для защиты своих здоровья и жизни?

Комиссаров Андрей

Руководитель коллегии адвокатов
“Комиссаров и партнеры”

специально для ГАРАНТ.РУ

В жизни любого человека нельзя исключать возникновения ситуации, когда он окажется перед необходимостью защищать жизнь, свое здоровье или здоровье близких ему людей, а также имущество от посягательства злоумышленника.

При обороне гражданин вправе защищать свои права всеми способами. Единственное условие – эти способы не должны быть запрещены законом.

Посмотрим, как регулируется в нашей стране право на самооборону и при каких обстоятельствах суды признают, что ее пределы превышены.

Правовое регулирование 

Хотя сам термин “самооборона” в рамках законодательства никак не определяется, он встречается в ряде актов. Например, поскольку самооборона и право на оружие – вещи взаимосвязанные, законодательством предусматривается такой вид оружия, как оружие самообороны (абз. 2 ст.

3 Федерального закона от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ “Об оружии”; далее – закон об оружии). Право на подобное оружие имеют обычные граждане, которые не несут военную службу и не являются сотрудниками правоохранительных органов.

К нему, в частности, относятся “травматика”, электрошокеры, аэрозоли – причем для их приобретения никакого разрешения не нужно.

Оружие самообороны включает в себя и некоторое огнестрельное оружие, но в этом случае перед его покупкой нужно озаботиться получением специальной лицензии в полиции (ст. 13 закона об оружии).

Закон об оружии также указывает, какое применение оружия считается правомерным. Во-первых, оружие должно принадлежать гражданину на легальной основе.

Во-вторых, его нельзя использовать, если нет необходимости в защите жизни, здоровья и имущества в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости.

В-третьих, прежде чем воспользоваться оружием, нужно ясно предупредить об этом другую сторону (не считая случая, когда возникает ситуация, опасная для жизни). Наконец, в-четвертых, не должен пострадать кто-либо еще, кроме стороны нападения.

Это основные правила, но нужно знать и некоторые частные нюансы – например, недопустимо применять оружие в отношении женщин, инвалидов и явно несовершеннолетних (если только они не нападают группой), нельзя пользоваться оружием в состоянии опьянения, на массовых мероприятиях и т. д. (ст. 24 закона об оружии).

Несложно заметить, что в этих правилах, касающихся применения оружия при самообороне, отсутствует какая-либо конкретика – закон отсылает, в частности, к понятию “необходимая оборона”.

Уголовное законодательство предусматривает два режима необходимой обороны (ст. 37 УПК РФ):

1

Нанесение любого вреда атакующей стороне без угрозы привлечения к наказанию (так называемая беспредельная оборона). Такая самооборона возможна по двум основаниям. Первое – насилие (или его угроза) должно быть опасным для жизни.

Примеры такого насилия, признаваемые судебной практикой, – ранения имеющих значение для жизни человека органов, применение оружия, удушение, поджог.

Однако очевидно, что не всегда человек будет дожидаться, когда в отношении него начнут совершаться данные действия, чтобы начать обороняться.

Второе основание для беспредельной обороны, – неожиданность атаки, в результате чего человек не может оценить характер опасности нападения и понять, насколько оно серьезно.

В таком случае защищающийся также с большой долей вероятности не будет привлечен к уголовной ответственности.

В качестве классического примера последней ситуации можно привести случаи проникновения нападавшего лица ночью в жилище.

2

Самооборона с ограничениями. Закон исходит из того, что если насилия, опасного для жизни, либо угрозы такого насилия при нападении не имеется, то защищаясь, важно не переусердствовать. Например, нет необходимости в ответ на пощечину наносить тяжкий вред здоровью или совершать убийство. Иначе в отношении оборонявшегося будут применяться уголовно-правовые санкции.

Добавлю, что три года назад ВС РФ разъяснил некоторые вопросы законности самообороны (Постановление Пленума ВС РФ от 27 сентября 2012 г.

 № 19 “О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление”).

В частности, он рассказал, каковы признаки реальной опасности жизни при нападении (например, ранения жизненно важных органов), как определить непосредственную угрозу жизни и здоровью (к примеру, такая угроза может выражаться в демонстрации оружия) и т. д.

Конечно, обычный человек, защищаясь от злоумышленника, не будет вдаваться в тонкости правовых конструкций.

Но в условиях действующего законодательства и правоприменительной практики риск того, что вслед за отражением атаки от частного лица, придется защищаться от государства в лице его органов, достаточно велик.

Ситуации из судебной практики 

Суды с завидной регулярностью признают пределы самообороны превышенными. В некоторых делах только ВС РФ вставал на сторону защищавшегося.

ПРИМЕРЫ

Пример 1:

На двух безоружных людей напали трое, имевшие при себе большие деревянные палки. В ходе драки одному из защищающихся удалось перехватить палку, которой он нанес повреждения нападавшему, несовместимые с жизнью.

Сначала суды двух инстанций и вовсе не нашли признаков обороны и даже превышения ее пределов в таких действиях, осудив человека по серьезной статье (ч. 4 ст.111 УК РФ) на шесть лет лишения свободы.

Потом Президиум областного суда все-таки внес изменения в судебные акты и осудил защищавшегося уже за то, что тот в ходе конфликта умышленно причинил тяжкий вред здоровью нападавшему, превысив пределы необходимой обороны. Однако на этом история не закончилась.

Дело попало в Судебную коллегию по уголовным делам ВС РФ, который установил, что по материалам дела имеются все признаки беспредельной обороны, поскольку было насилие, опасное для жизни, – нападавшие были вооружены, их было больше, между обороной и атакой не было разрыва во времени, на теле защищающегося есть раны от нападения.

ВС РФ отменил все судебные акты и прекратил уголовное дело в связи с отсутствием состава преступления. Высший суд указал, что в таком случае можно было защищаться всеми доступными средствами (например, палкой) и причинять любой вред, вплоть до смерти нападавшего (Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 25 ноября 2013 г. № 33-Д13-6). 

Пример 2:

В ходе застолья двое знакомых напали на третьего, нанеся ему многочисленные удары, в том числе ножом. Жертве атаки каким-то образом удалось перехватить нож. После этого он нанес нападавшим в общей сложности 52 удара этим ножом, в результате чего оба агрессора скончались. Оборонявшегося осудили за превышение пределов самообороны.

Как указал высший суд, налицо было нападение, опасное для жизни. Об этом свидетельствует, в частности, то, что удары наносились в область лица и головы, в том числе с использованием ножа. Таким образом, оборонявшийся мог нанести любой вред атаковавшим его лицам для спасения своей жизни.

То, что нож переходил из рук в руки, в таком случае не имеет значения, подчеркнул Суд. Кроме того, и после перехода ножа в руки защищавшегося нападавшие не перестали представлять угрозу его жизни, поскольку атаковали совместно, нанося удары в важные органы человека, атака происходила ночью и была инициирована нападавшими.

ВС РФ оправдал осужденного, не посчитав совершенные действия преступлением (Определение СК по уголовным делам ВС РФ от 5 августа 2015 г. № 51-УД15-4). 

Видно, что осужденным по подобным делам приходилось долго доказывать, что они правомерно защищались. В конечном счете, справедливость восторжествовала. Однако общий обвинительный уклон правоохранительных органов и судов, которые видят во многих случаях разумной самообороны преступление, не внушает оптимизма.

Нужны ли изменения в законодательство? 

Согласно позиции ВС РФ, которая прослеживается время от времени в отзывах на законопроекты по вопросам самообороны, действующего правового регулирования вполне достаточно. Проблема в том, что это законодательство и разъяснения самого ВС РФ не всегда корректно применяются судами.

Да, высший суд периодически восстанавливает справедливость, регулируя сбой других элементов системы. Но суды продолжают ошибаться. Почему? Возможно, дело в том, что любое действие в рамках обороны можно рассматривать как преступление, закрепленное УК РФ.

И суды, исходя из сформировавшейся в советское время обвинительной позиции следствия и прокуратуры, изначально занимают жесткую позицию по отношению к фактически защищающемуся, не признавая его действия самообороной.

Как в первом примере судебного дела, где лицо осудили сначала по одной статье УК РФ, потом по другой, и только ВС РФ указал, что преступления вообще нет. И лицо каждый раз должно доказывать, что оно оборонялось.

Неудивительно, что систематически появляются законодательные инициативы по вопросам самообороны, в рамках которых с завидной регулярностью предлагается предусмотреть возможность признавать при тех или иных обстоятельствах защиту жизни, здоровья и имуществ априори законной, без применения ограничений по самообороне.

Так, планируется указать в законе конкретные примеры нападения, опасного для жизни либо с угрозой применения такого насилия и закрепить принцип “мой дом – моя крепость”: если лицо проникает в жилище без законных на то оснований, нанесение ему вреда не будет наказываться в любом случае1. Суть этой концепции заключается в том, чтобы предоставить гражданам право любыми способами обороняться от злоумышленников, проникших в жилище, не боясь за последствия.

Как отмечают разработчики этой инициативы, при совершении преступлений, связанных с проникновением в жилище, гражданин не имеет возможности объективно оценить степень опасности посягательства.

Такая оценка требует времени.

А промедление существенно увеличивает риск, которому подвергается обороняющийся, – посягающий получает возможность понять, кто находится в помещении и где именно, подготовить оружие и т. п.

Авторы идеи указывают, что подобная практика имеет место в США, Великобритании и ряде других стран.

При этом человеку, обороняющему свое жилище, предоставляется не только право применить просто насилие в отношении проникшего в его жилище, но и право применить так называемое “смертельное насилие”, то есть использовать оружие вплоть до летального исхода.

Полагаю, данную практику нужно распространить и в нашей стране.

Конечно, есть опасения, что это может стать причиной злоупотребления правом на самооборону в жилище и способом скрыть умышленное преступление (например, преступник может пригласить знакомого к себе домой и затем убить его, сославшись на незаконное проникновение жертвы в жилище). Да, риски есть. Но такие случаи не столь часто происходят, чтобы из-за возможных злоупотреблений препятствовать реализации абсолютного права на самооборону.

Также отмечается, что отсутствует легальная возможность защиты собственности граждан путем установки специальных устройств, способных причинить вред посягающему (капканы, ловушки и т. п.).

Действительно, есть логика в том, что привлечение к уголовной ответственности за причинение вреда такими устройствами представляется необоснованным, поскольку само причинение вреда является следствием нарушения неприкосновенности частной собственности, и отсутствие такого нарушения не может повлечь причинение вреда посягающему.

Например, лицо не попало бы в капкан, не совершив проникновение в жилище с целью кражи. Должен действовать принцип: сам виноват, сам и отвечай.

Между тем согласно сегодняшней позиции ВС РФ правила о необходимой обороне распространяются на случаи применения не запрещенных законом автоматически срабатывающих или автономно действующих средств или приспособлений для защиты охраняемых уголовным законом интересов от общественно опасных посягательств. Если в указанных случаях причиненный посягавшему лицу вред явно не соответствовал характеру и опасности посягательства – например, злоумышленник пробрался в дом с целью украсть еду, но попал в медвежий капкан и скончался от кровопотери, – содеянное следует оценивать как превышение пределов необходимой обороны. При срабатывании или приведении в действие таких средств или приспособлений в условиях отсутствия общественно опасного посягательства содеянное подлежит квалификации на общих основаниях (п.17 Постановления Пленума ВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

Таким образом, у защищающегося лица сегодня есть все основания опасаться привлечения к уголовной ответственности наряду с нападавшим. Оценка ситуации остается на усмотрение суда.

Неоднократно отмечалось, что нет никаких оснований ограничивать необходимую оборону применением только не запрещенных законом средств.

В стороне разъяснений Пленума ВС РФ остаются яды, боевые самострелы и другие предметы и вещества.

В случае применения таких предметов лицо рискует быть привлеченным к уголовной ответственности на общих основаниях, даже без оценки его действий на предмет превышения пределов самообороны.

Случаи самообороны и их оценки правоохранительными органами, которые время от времени становятся объектом пристального внимания СМИ, свидетельствуют о том, что гражданам нужны более четкие правила в этом вопросе.

Пока же, обороняясь, нельзя быть уверенным, что окажешься прав – любой случай защиты может оказаться под угрозой переоценки.

Доказывание своей правоты занимает очень долгое время, а это может привести к ухудшению здоровья, душевного состояния, серьезным материальным расходам на свою защиту.

Представляется, что в настоящий момент есть нарушение баланса в законодательстве и правоприменительной практике, когда часто обороняющийся, то есть настоящий потерпевший, находится в худшем состоянии, чем лицо, которое нападает. Уверен, что необходимость изменения регулирования в этой сфере назрела.

Для начала хотелось бы, чтобы в законе – а не в постановлении Пленума ВС РФ – были более детально прописаны конкретные примеры нападения, опасного для жизни либо с угрозой применения такого насилия. 

Источник: //www.garant.ru/ia/opinion/author/komissarov/655817/

Пределы допустимой самообороны предложили расширить

Какую максимальную меру самообороны я могу допустить для защиты своих здоровья и жизни?

Первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Алексей Александров. Пресс-служба Совета Федерации

Пределы допустимой самообороны пора изменить: это понятие должно касаться защиты не только жизни человека и интересов государства, но также здоровья и имущества граждан.

При этом в обществе и судебной практике должен закрепиться подход, основанный на презумпции вынужденного обороняться.

Об этом в интервью «Парламентской газете» рассказал член Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Алексей Александров. Сейчас сенатор работает над законопроектом о расширении допустимых пределов самообороны. 

— Алексей Иванович, какой законодательный пробел устраняет ваш законопроект?

— Для начала нужно сказать, что отношение к институту необходимой обороны и к уголовной ответственности за её превышение давно обсуждается в теории и по-разному применяется на практике. Вопрос очень интересный.

Даже первая научная работа великого русского юриста Анатолия Кони была посвящена проблемам уголовно-правовой характеристики института необходимой обороны.

Сегодня общественность очень часто обсуждает эту тему, особенно когда появляются резонансные дела.

Читайте по теме За последние годы в Государственную Думу было внесено несколько законопроектов: и депутатами Алексеем Журавлёвым, Игорем Лебедевым, Ярославом Ниловым, а также экс-сенатором Антоном Беляковым.

Они все хотели изменить статьи Уголовного кодекса, которые касаются вопросов необходимой обороны и её превышения. По разным причинам их инициативы поддержки не нашли.

С моей точки зрения, тема является важной, её нужно обсуждать в общественных организациях, в СМИ, а самое главное — предложить учёным выработать единую позицию по совершенствованию законодательства и разработке концепции по этому вопросу. 

Я убеждён, что в законе и правоприменительной практике должна быть презумпция правоты того, кто отражает нападение преступника. Особенно, если нападение вооружённое и особенно, если нападение связано с незаконным проникновением в жилище или другое помещение.

Недаром, кстати, в законе и в теории используется военный термин «оборона». Оборона часто связана с защитой государства от внешнего врага, а в уголовном праве этот термин используется крайне редко.

Его использование настраивает на отношение к вооружённому преступнику, как к врагу.

Требовать от солдата, который защищает свою Родину от внешнего агрессора, чтобы он произвёл во врага не 15 выстрелов, а только 10, а лишние пять считать превышением пределов обороны, ни одному здравомыслящему человеку в голову не придёт.

Таким образом, первый вопрос — это разработка концепции необходимой обороны и совершенствование законодательства. Но самое главное — это правоприменительная практика. Чтобы и Верховный суд вернулся к разъяснению своей позиции, которая ориентировала бы на активную правовую поддержку защищающегося от вооружённого преступника.

Мы крайне заинтересованы, чтобы граждане нашей страны не боялись преступников, а могли оказать им серьёзный отпор.

— На какие прецеденты из судебной практики вы опирались при работе над законопроектом?

— В последние годы публиковалось довольно много историй, когда следственные органы возбуждали уголовные дела по факту убийства, не разбираясь, что оно было совершено в пределах необходимой обороны.

Классический пример: вооружённые грабители проникли в дом, где живёт семья с маленькими детьми, и хозяин, защищая их, убивает нескольких преступников.

В этой, как и многих других ситуациях, обычно нужны долгие годы и большая работа адвокатов, внимание общественности, чтобы в конечном итоге было принято справедливое решение, оценивающее эти действия, как совершённые в пределах необходимой обороны.

Таких фактов много, и это-то и должно быть абсолютно исключено. Мы крайне заинтересованы, чтобы граждане нашей страны не боялись преступников, а могли оказать им серьёзный отпор. В большой степени в этом должно быть заинтересовано Министерство внутренних дел, которое отвечает за предупреждение и раскрытие преступлений.

— В вопросах самообороны Россию часто противопоставляют США, где граждане вправе применить оружие против любых незваных гостей в своём доме. Как вы оцениваете американский опыт?

Читайте по теме — Этот тот редкий случай, когда я положительно отношусь к концепции США о правомерности жёстких действий хозяина дома в отношении вооружённых преступников, которые в этот дом проникли. Но иногда и в США эта практика зашкаливает.

Совсем недавно был опубликован случай, когда женщина-полицейский, придя к себе домой и увидев там постороннего человека, застрелила его из пистолета. Но потом оказалось, что она ошиблась дверью и зашла в квартиру соседа.

То есть она убила его у него дома, полагая, что убивает преступника в своей квартире.

В США часто осуждают людей, в том числе работников полиции, за превышение пределов необходимой обороны, за превышение должностных полномочий при использовании оружия. Поэтому истина — посередине. Концепция должна быть в пользу потерпевшего против вооружённого преступника, но рассматривать дело необходимо тщательно в каждом конкретном случае.

— Эксперты характеризуют российскую практику принципом «не бей, а беги», то есть если у человека была возможность убежать от преступника, но он принял решение дать отпор, то его с большей вероятностью осудят. Что лежит в основе такого подхода?

— К сожалению, наши правоохранительные органы зачастую находятся в плену так называемой статистики, когда им проще возбудить уголовное дело об умышленном убийстве, арестовать обвиняемого и доложить, что они раскрыли тяжкое преступление. А потом начинаются долгие и сложные разбирательства по существу.

Если же мы примем концепцию с презумпцией правоты защитника людей и имущества от вооружённого преступника и этот защитник должен не бежать, а, по возможности оценивая свои силы, сопротивляться преступнику, то тогда этот принцип «не бей, а беги» будет не актуален.

Мы должны использовать абсолютно все возможности, чтобы человек был защищён в момент нападения преступника.

— С темой самообороны тесно связаны вопросы оборота оружия у гражданского населения. Как эта сфера законодательства может развиваться в случае расширения пределов самозащиты?

— По многим причинам я против широкого распространения оружия среди гражданских лиц и его свободного оборота. Но я считаю, что мы должны максимально поддержать всех тех, кто способен дать профессиональный отпор вооружённому преступнику.

Это прежде всего офицеры Министерства обороны, ФСБ, МВД, а также офицеры, находящиеся в отставке и запасе. Они умеют профессионально обращаться с оружием, знают законодательство об оружии, знают все правила его хранения, ношения и применения.

Думаю, что в отношении этих лиц мы могли бы разрешить продажу огнестрельного короткоствольного оружия. Но — с разрешения в каждом конкретном случае руководителя территориального органа внутренних дел.

Думаю, что могла бы существовать комиссия, запрашиваться характеристики в отношении этих лиц и действовать правила, которые распространяются на приобретение охотничьего оружия. Вопрос бы решался индивидуально и только в отношении офицеров, в том числе в отставке и запасе.

Таким образом, мы бы увеличили количество людей, которые могли бы дать профессиональный отпор вооружённым преступникам и задержать их на месте преступления.

Думаю, прежде всего в этом вопросе должны быть заинтересованы органы внутренних дел. Мы должны использовать абсолютно все возможности, чтобы человек был защищён в момент нападения преступника.

Чисто теоретический вопрос: «Если бы в момент керченской трагедии в помещении находился вооружённый человек, который мог бы оказать профессиональное сопротивление преступнику, жертв могло бы быть меньше».

Нам необходим профессиональный подход к этой теме.

Источник: //www.pnp.ru/social/predely-dopustimoy-samooborony-predlozhili-rasshirit.html

Глав-книга
Добавить комментарий