Как приобщить рецензию на экспертизу, если апелляция её не приняла, апелляция отклонена

Анализ допроса специалиста (государственного судебного эксперта) в суде

Как приобщить рецензию на экспертизу, если апелляция её не приняла, апелляция отклонена

Представленный анализ допроса специалиста в суде может быть весьма полезным адвокатам и юристам по делам о ДТП, а также участникам ДТП, так как в нем, и в документах, приложенных к статье, содержатся ответы на основные спорные вопросы, возникающие между экспертами, применяющими современные методы исследования, и экспертами, работающими по традиционным методикам.

Заседание проходило в Первомайском районном суде города Омска в составе председательствующего судьи З.Л. Кирилюк, при секретаре Е.П. Абрамкиной. Привлеченный судом специалист — Немеровец  Дмитрий Анатольевич, государственный судебный эксперт ФБУ «Омская лаборатория судебной экспертизы Минюста РФ», сл.уд. № 077.

Фабула дела: автомобиль Лексус выезжал с прилегающей территории на главную дорогу с поворотом налево. Справа двигался автомобиль ВАЗ. Произошло столкновение.

Здесь аудиозапись допроса специалиста:

https://youtu.be/Cj3t4kdCDyg

1. Основными данными для определения скорости автомобиля являются следы торможения. Иных методик не существует.

Однако 20 марта 2012 г. (см. прицепленные документы) научно-методический совет РФЦСЭ при МЮ РФ рекомендовал для использования в судебной автотехнической экспертизе специальную компьютерную программу  PC-Crash. Эта программа для данного ДТП позволяет установить скорость второго участника, по меньшей мере, двумя способами:

  • сначала надо установить взаимное положение автомобилей в момент столкновения относительно друг друга и на дороге (транспортно-трасологическое исследование) с той или иной погрешностью;
  • затем либо установить скорость второго участника ДТП (или обоих) исходя из повреждений одного или обоих автомобилей методом CRASH3 исходя из известной из краш-тестов жесткости конструкций;
  • либо установить скорость второго участника ДТП (или обоих) исходя их соотношения масс автомобилей и их взаимного положения, достаточную для разворота автомобиля истца в результате удара в положение, зафиксированное на схеме ДТП.

Третий из указанных выше способов не нуждается в программе PC-Crash или ей подобной. Он описан в методике госавтоэкспертов – книге отца отечественной автотехнической экспертизы В.А.Иларионова «Экспертиза дорожно-транспортных происшествий» (1989г.) на стр. 205-206. Тот же самый случай, что и рассматривался в суде.

2. Установить длину следов торможения по фотографиям невозможно, так как фотографии сделаны без измерительных линеек в кадре.

На фотографиях ДТП всегда есть объекты, размеры которых известны или могут быть установлены – ширина дороги, размеры автомобилей или их частей, расстояние между столбами … Это дает возможность измерить любой расстояние достаточно простыми способами.

При этом в арсенале современной видеотехнической и автотехнической, экспертизы имеются средства для установления реального положения следов и объектов на месте ДТП по фотографиям.

В том числе, построения могут быть произведены на масштабном плане улицы или перекрестка, имеющимся в отделе архитектуры города, или на спутниковом снимке места ДТП, имеющихся, в частности, в сервисах интернета «Гугл-карты» или «Яндекс-карты». 

В настоящее время при производстве подобных исследований применяется отечественная специальная компьютерная программа «DTP-Expert» – специальное программное обеспечение (СПО) для автоматизации работы эксперта при установлении обстоятельств дорожно-транспортных происшествий (ДТП) по видеозаписям (Свидетельство о государственной регистрации программного продукта ФГУ ФИПС № 2015616160 от 02 июня 2015 г., 20 ноября 2015 года комплекс «DTP-Expert» рекомендован к использованию в экспертной практике СЭУ МЮ в соответствии с решением научно-методической секции по судебной экспертизе видео- и звукозаписей в РФЦСЭ при Министерстве Юстиции РФ).

Ранее, в марте 2012 г.

, решением секции научно-методического совета РФЦСЭ при МЮ РФ для использования в судебной автотехнической экспертизе был рекомендован программный комплекс моделирования ДТП PC-Crash, в составе которого имеется модуль обработки фотографий и видео PC-Rect. Модуль PC-Rect имеет возможности, аналогичные программе DTP-Expert, он создаёт масштабированые картины ДТП (вид сверху), на которых можно измерять расстояния и углы.  

В журнале «Теория и практика судебной экспертизы» №4(32) за 2013  г., издаваемом РФЦСЭ при МЮ РФ, опубликована методика калининградского СЭУ МЮ РФ (Петров С.М.

Исследование материалов видеозаписи с целью установления обстоятельств ДТП), где, в частности, изложен метод перспективного проецирования (построения перспективной сетки), позволяющий измерять расстояния между объектами на кадре видеозаписи или на фотографии.

Для автоэкспертов есть методическое пособие «Корухов Ю.Г., Замиховский М.И. Криминалистическая фотография и видеозапись для экспертов-автотехников (практическое пособие). –  М.: ИПК РФЦСЭ при МЮ РФ, 2006г.», используя которое можно произвести простые геометрические построения самостоятельно.

Другие пособия перечислять смысла не имеет, но они есть. 

3. Все методики проходят утверждение и апробацию.

Приказом МЮ РФ №52 от 19 февраля 2002 г. «О нормативных актах Министерства юстиции СССР и Министерства юстиции РСФСР» отменены положения об «утверждениях» и «апробациях». Сейчас научно-методический совет РФЦСЭ может только «рекомендовать» ту или иную методику.

4. Не предоставление преимущества в движении при выезде с прилегающей территории (не уступил дорогу) всегда состоит в причинно-следственной связи с ДТП, а превышение скорости автомобиля, имеющего преимущество, значения не имеет.

Из методических указаний по автотехнической экспертизе «Судебная автотехническая экспертиза. Часть II. – М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1980 г.

» следует, что вопрос о наличии у водителя технической возможности предотвратить столкновение является важным для оценки его действий перед происшествием и установление причинной связи с наступившими последствиями.

Общий подход к его решению состоит в том, чтобы установить, успевал ли водитель выполнить необходимые действия, исключавшие столкновение, когда возникла объективная возможность обнаружить опасность столкновения.

Водитель, который пользуется преимущественным правом на движение, должен принять меры к предотвращению ДТП с момента, когда он имеет возможность обнаружить, что другое транспортное средство к моменту сближения с ним окажется на полосе движения управляемого им транспортного средства.

Очень ясно об анализе действий водителя, имеющего преимущество, написано в книге «Суворов Ю.Б. Судебная дорожно-транспортная экспертиза. М.: Изд. «Экзамен», «Право и закон», 2003. 208с., ил.» на стр. 167:

Вопрос о соответствии (несоответствии) его действий  требованиям п. 10.

1 ПДД РФ по превышению скорости, причинно-связанных с наступлением ДТП, решается с помощью метода, рекомендованного научно-методическим советом по судебной автотехнической экспертизе ВНИИСЭ МЮ РФ, и заключающегося в сопоставлении значений остановочного пути при фактической и разрешенной скорости движения с его удалением от места столкновения, определенном при фактической скорости движения. Если величина его остановочного пути при разрешенной скорости движения меньше его удаления от места столкновения в момент возникновения опасности для движения, а это удаление меньше  его остановочного пути при фактической скорости движения, то делается вывод о наличии несоответствий требованиям п. 10.1 (абзац 1) ПДД РФ, причинно-связанных с наступлением ДТП. 

5. Результаты экспертиз В.Н.Никонова никто проверить не может, это невозможно.

Удивительно. Можно только задать саркастический вопрос, а в чем дело, ума не хватает?

В рекомендованной МЮ, МВД РФ и Минтрасом РФ библиотеке краш-тестов NHTSA (п. 5.2.3 Методических рекомендации по проведению независимой технической экспертизы транспортного средства при ОСАГО №001МР/СЭ (утв. ГНИИ АТ Минтранса РФ, РФЦСЭ МЮ РФ, ЭКЦ МВД РФ, НПСО «Объединение транспортных экспертов»), 2004г.

) содержится немало краш-тестов с инсценированными ДТП между двумя транспортными средствами, которые можно и нужно использовать для получения должных навыков производства расчетов современными методами.

Кроме это, на английском языке имеются десятки научных статей об экспериментальной верификации современных методов расчета.

6. В процессе эксплуатации автомобилей жесткость и плотность металла изменяются, а как – неизвестно.

Да, жесткость изменяется. Пока нет коррозии, только в большую сторону, так как происходит упрочнение за счет микродеформаций (см. любой учебник по металловедению). Плотность металла не изменяется, так как при эксплуатации расплавления металла не происходит и он не может быть смешан с иным веществом другой плотности.

7. PC-Crash втюхивал Минюст.

Это правда. Тут Минюст именно «втюхивал», а не целенаправленно внедрял.

8. PC-Crash скорость по повреждениям не считает.

Из Руководства по PC-Crash следует, что величину затрат кинетической энергии на деформацию столкнувшихся транспортных средств (и потерю скорости при этом) и величины действовавших между ними сил взаимодействия в этой программе можно установить двумя путями:

  • исходя из жесткости автомобиля такой же модели, установленной в краш-тесте. Это – алгоритм CRASH3;
  • конечно-элементным анализом исходя из механических свойств материалов.

Выписка в приложении.

9. Опасность для движения автомобиля, имеющего приоритет для движения, возникает в момент, когда автомобиль с прилегающей территории выезжает на проезжую часть главной дороги.

Из методических указаний по автотехнической экспертизе «Судебная автотехническая экспертиза. Часть II. – М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1980 г.

» следует, что «При перекрестных столкновениях этот момент возникает, когда водитель имеет возможность обнаружить другое ТС на таком расстоянии от места (где оно должно было бы остановиться, чтобы уступить дорогу), на котором его водитель при избранной им скорости этого сделать уже не может (т.е.

когда другое ТС приблизилось к этому месту на расстояние, равное пути торможения)» — §7. Техническая возможность предотвращения столкновения. Подход к решению вопроса.

Источник: https://pravorub.ru/articles/79185.html

Рецензия на отчет эксперта теперь полноценное доказательство

Как приобщить рецензию на экспертизу, если апелляция её не приняла, апелляция отклонена

Верховный суд РФ признал право сторон предоставлять в судебном процессе рецензии на отчеты экспертов и обязал суды исследовать их наряду с другими доказательствами.

Ранее рецензия часто не рассматривалась в подобном качестве, поскольку в процессуальном законодательстве, в отличие от самого отчета, не фигурирует.

Теперь же для участников процесса это еще один инструмент доказывания, к которому можно прибегнуть при проведении любой судебной экспертизы.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда в январе этого года разрешила наболевший вопрос, закрепив за рецензией (заключением) на отчет эксперта «звание» допустимого доказательства.

До этого ее статус в арбитражном процессе был не определен из-за отсутствия в законодательстве. В АПК РФ фигурирует лишь понятие «заключение эксперта», его 86 статья определяет, что должно быть отражено в этом документе.

Если форма не соблюдена, суд признает заключение недопустимым доказательством.

В то же время требования к рецензии закон не устанавливает. Это обстоятельство позволяет судам достаточно вольно определять допустимость рецензии как доказательства.

Зачастую они рассматривают ее по тем же критериям, что и заключение эксперта.

И если усматривают несоответствие с 86 статьей АПК, признают недопустимым доказательством в соответствии со статьей 68 АПК РФ, или же объявляют не имеющей отношения к делу на основании статьи 67 АПК РФ.

Между тем, «экспертиза экспертизы» порой необходима, потому что человек, который ее делает, может, как минимум, ошибиться. А при возникших сомнениях суд вправе назначить дополнительную или повторную экспертизу. Но откуда появятся сомнения, если судья не рассматривает доводы, которые оспаривают выводы эксперта?

Как показывает практика, иногда в ходе заседания обращается внимание лишь на выводы, содержащиеся в экспертном отчете, и не уделяется должного внимания доказательной части.

Что объяснимо: судья не обладает теми же знаниями, что и эксперт, и не может оценить методы, примененные специалистом, правильность научного подхода и вытекающую из них логику исследования.

Поэтому он оценивает лишь выводы: их полноту и соответствие их другим доказательствам. Если там «все сходится», рецензия на отчет эксперта отклоняется по формальным основаниям.

Подобный подход теперь, после определения Верховного суда, должен отойти в прошлое, и рецензию следует оценивать наравне с другими доказательствами и принимать (или отклонять) мотивированно.

Данная позиция судебной коллегии ВС РФ отражена в определении по кассационной жалобе ООО «Энергоучет», поданной на постановления Девятого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Московского округа (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 25.01.2018 г. по делу № 305-ЭС17-11486). Предмет разбирательства – взаимные претензии сторон по договору подряда.

В 2012 году федеральное казенное учреждение «Управление капитального строительства МЧС России» (заказчик) и ООО «Энергоучет» (подрядчик) заключили государственный контракт на строительство и реконструкцию зданий войсковой части в Тульской области.

Договор на сумму 1,2 млрд рублей должен был быть исполнен до 1 декабря 2015 года, подрядчику был уплачен аванс в размере 286,2 млн рублей.

Часть работ стоимостью 116,6 млн рублей управление приняло в 2012-2014 годах, акты на другую часть оплаченных авансом работ подрядчик предъявил в октябре 2015 года, когда срок контракта подходил к концу.

Заказчик предъявленные в октябре акты не принял. Более того, он обратился в арбитражный суд с требованием расторгнуть контракт.

В обоснование указал пункт 2 статьи 715 ГК РФ, где утверждено, что заказчик может расторгнуть договор, если подрядчик явно не сможет закончить работы в срок.

Истец также потребовал взыскать 169,6 млн рублей уплаченного аванса и 3,6 млн рублей в виде процентов за пользование чужими деньгами.

«Энергоучет» подал встречный иск, пытаясь взыскать с управления 65,7 млн рублей за те работы, что считал выполненными и принятыми фактически. Кроме того, он потребовал возместить потраченные 11,4 млн рублей на покупку материалов, которые из-за планируемого расторжения договора они не могли быть использованы в работе.

Суд первой инстанции удовлетворил первоначальный иск Управления МЧС в полном объеме, а встречный иск «Энергоучета» оставил без рассмотрения. Апелляция отменила это решение и, вернувшись к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, назначила экспертизу.

По всем спорным актам и справкам эксперты указали стоимость фактически выполненных работ, как удовлетворяющих требованиям контракта, так и не отвечающих им (не соответствующих строительным нормам правилам, техническим регламентам, требованиям проектной документации и технического задания). В итоге получилась сумма, которую суд учел и удовлетворил иск частично, постановив взыскать с ответчика 103,7 млн рублей аванса и 2,2 млн рублей процентов. В рассмотрении встречного иска также было отказано. Кассационная инстанция оставила это постановление без изменения.

«Энергоучет» обратился с кассационной жалобой в ВС РФ.

Он указал, что апелляционный суд не приобщил к материалам дела заключение специалистов Воронежского технического университета, которое отрицало выводы судебной экспертизы (иные стоимость работ, их выполнение и соответствие нормам), и необоснованно отказал и в проведении повторной экспертизы. В жалобе также говорилось, что не оценены доводы ответчика, свидетельствующие о фактическом принятии заказчиком части работ, за которые потом требовали вернуть деньги.

Коллегия Верховного суда, рассмотрев жалобу, удовлетворила ее частично. Постановления судов о расторжения контракта она сочла законными и обоснованными, а вот решения о взыскании аванса, процентов и отказ в удовлетворении встречного иска отменила.

Члены коллегии напомнили суть статьи 87 АПК РФ, которой обязаны руководствоваться суды в подобных ситуациях.

Так, если заключению эксперта не хватает ясности или полноты (или возникли вопросы по обстоятельствам, которые уже исследованы), то может быть назначена дополнительная экспертиза. Проводит ее тот же или другой эксперт – это определяет суд.

При возникновении сомнений в обоснованности заключения или при обнаружении противоречий в его выводах, назначается повторная экспертиза, проведение которой поручается другому специалисту.

ВС в определении отметил – суд отклонил ходатайство представителя «Энергоучета» о приобщении заключения специалистов гостехуниверситета, в котором как раз и ставилась под сомнение верность выводов экспертов.

В обоснование суд указал, что документ не соответствует критериям относимости и допустимости доказательств, регламентируемых статьями 67 и 68 АПК РФ.

Однако из объяснений ответчика следует, что данное заключение составлено с целью опровергнуть выводы экспертизы, а потому имеет отношение к настоящему делу. То есть, обладает явными признаками относимого доказательства.

Что касается допустимости, то данное заключение является мотивированным объяснением недочетов судебной экспертизы, а закон не устанавливает требования к оформлению такого заключения. Следовательно, суд неправомерно признал его недопустимым доказательством, тем самым лишив сторону возможности обосновать свои возражения. Да еще и отказал в проведении повторной экспертизы.

Коллегия ВС также отметила, что суд не дал оценки доводам, которым ответчик обосновывал свои возражения.

Между тем, в соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 170 АПК РФ, он обязан в мотивировочной части указать доказательства, на которых основаны его выводы и доводы в пользу принятого решения.

Также должны быть указаны мотивы принятия или отклонения тех или иных доказательств и доводов лиц, участвующих в деле.

В итоге дело в части взыскания с подрядчика аванса, процентов за пользование чужими деньгами, отказа в удовлетворении встречного иска и распределения судебных расходов направлено на новое рассмотрение в Девятый арбитражный апелляционный суд.

После данного определения ВС РФ можно прогнозировать рост обращений к профильным специалистам, способным подготовить грамотную рецензию на заключение судебного эксперта. Таким образом участник процесса, недовольный выводами экспертизы, может попробовать доказать собственную правоту.

И здесь от качества подготовленного документа очень многое зависит, он должен быть не просто хорошим, а однозначным, чтобы судебный спор не превратился в «войну рецензий». Поэтому у адвокатов и юристов прибавиться работы – им придется не только работать с экспертами, но и искать возможных рецензентов.

Но, если уделить этому должное внимание, результат способен оправдать затраченные усилия.

Источник: https://veta.expert/press_center/blog/retsenziya-na-otchet-eksperta-teper-polnotsennoe-dokazatelstvo/

Россия покажет Европе права трансгендеров

Как приобщить рецензию на экспертизу, если апелляция её не приняла, апелляция отклонена

Как стало известно “Ъ”, ЕСПЧ впервые в своей практике принял к рассмотрению дело о родительских правах трансгендерного человека. Жалобу подала гражданка России, которая ранее по документам имела мужской пол и состояла в браке, в котором родились двое детей.

После развода заявительница совершила трансгендерный переход: сделала операцию по изменению пола и стала по документам женщиной. Однако бывшая жена запретила ей контактировать с детьми, посчитав, что информация об этом нанесет вред их психологическому развитию.

Российский суд поддержал эту позицию и ограничил заявительницу в родительских правах. При этом российский эксперт-психиатр заявил “Ъ”, что такое решение «нельзя признать научно аргументированным».

Постановление ЕСПЧ по ситуации в России станет прецедентом для всех стран Совета Европы.

Жалоба в ЕСПЧ была подана 4 сентября 2019 года и принята к рассмотрению уже в конце ноября, рассказала “Ъ” юрист Проекта правовой помощи трансгендерным людям Татьяна Глушкова. Жалоба подана гражданкой России А. М. от своего имени и от имени двоих ее несовершеннолетних детей (ЕСПЧ не раскрывает имен участников дела, в документах указаны только инициалы).

Заявительница родилась в 1972 году «генетически и фенотипически» мужчиной. В 2008 году А. М., чей пол на тот момент был зарегистрирован как мужской, женился на россиянке, указанной как Н. В 2009 году у них родился сын, в 2012 году — дочь. В 2015 году родители расстались, после этого А. М. совершила трансгендерный переход и по документам стала женщиной.

В 2017 году Н. обратилась в суд с требованием ограничить родительские права А. М.— в частности, запретить ей видеться с детьми. Согласно документам, Н.

считала, что информация о трансгендерном переходе отца может «нанести непоправимый вред психическому здоровью и нравственности детей», а также спровоцировать издевательства в школе. Также Н.

сослалась на закон о запрете так называемой гей-пропаганды.

В 2017 году Люблинский районный суд Москвы назначил судебно-психиатрическую, сексологическую и психологическую экспертизу А. М. и обоих детей. Экспертизу проводили специалисты института Сербского, которым суд направил вопросы.

«Экспертиза была проведена безобразно,— рассказала “Ъ” сама А. М.— Два дня подряд меня мурыжили типовыми тестами и пространными интервью. Причем даже не затронули несколько тем, важных для суда.

В частности, не спросили, как требовалось, о моем “воспитательном стиле” — в итоговом документе на этот вопрос суда просто не было ответа».

Экспертиза пришла в суд в марте 2018 года. В документе эксперты института Сербского заявили, что не знакомы с российскими научными исследованиями о воспитании детей в семьях, где один из родителей совершил трансгендерный переход.

Но при этом подчеркнули, что не доверяют зарубежным исследованиями, где говорится, что такая информация не вредит детям. В итоге они пришли к выводу, что раскрытие ситуации трансгендерного перехода А. М.

окажет негативное влияние на ее детей.

Ознакомившись с экспертизой, адвокат А. М. попросил суд дать время для подготовки рецензии на нее. «Нужно было найти специалиста, компетентного в данной узкой области, а таких в России по пальцам пересчитать,— пояснила А. М.

— Требовалось время, чтобы он успел изучить материалы дела и подготовить качественную научную рецензию». На все это Люблинский суд выделил ровно два дня — субботу и воскресенье. Услышав, что рецензия не готова, судья заявил, что времени было достаточно.

И на этом же заседании вынес решение об ограничении родительских прав.

При этом суд подчеркнул, что не ставит под сомнение родительские чувства А. М., но считает ее общение с детьми нецелесообразным. В то же время суд добавил, что «по мере взросления детей и изменения уровня их психического развития» вопрос о контактах А. М. с ними может быть пересмотрен.

Женщина подала апелляцию, которую через три месяца рассмотрел Мосгорсуд. К этому времени была готова рецензия на экспертизу от психиатра, завкафедрой медицинской психологии Казанского государственного медицинского университета Владимира Менделевича.

«Я указал суду, что эксперты института Сербского не использовали в своей работе вообще никаких научных данных»,— рассказал “Ъ” господин Менделевич. Он уточнил, что во всей экспертизе есть ссылка только на одну научную работу 2012 года за авторством американского ученого Марка Регнеруса, причем в ней речь идет даже не о трансгендерных людях.

В исследовании Регнеруса утверждается, что дети, чьи родители имели опыт однополых отношений, вырастают менее успешными. «Но эксперты умалчивают, что эта публикация вызвала в научном мире острую дискуссию. Многие известные ученые не согласны с методологией исследования Регнеруса и считают его выводы не аргументированными»,— сказал “Ъ” Владимир Менделевич.

Он приложил в рецензии «ссылки на качественные исследования». «Нет никаких научных оснований утверждать, что воспитание родителем-трансегндером может привести к изменению половой идентификации и сексуальной ориентации детей»,— заявил российский психиатр.

В его рецензии сообщалось, что выводы авторов экспертизы «носят беспредметный ненаучный характер», а само заключение «нельзя признать научно аргументированным». Однако Мосгорсуд отказался приобщить эту рецензию и отклонил апелляцию, аналогично поступил и Верховный суд. После этого женщина обратились в ЕСПЧ.

«С юридической точки зрения, решение российского суда основывалось на экспертизе, которая была проведена откровенно тенденциозно,— заявила “Ъ” Татьяна Глушкова.— Недопустимо лишать человека возможности общаться с собственными детьми только на основании гендерной идентичности.

Это является дискриминацией и вредит в первую очередь самим детям, которые лишаются возможности контактировать с одним из родителей, его воспитания, любви, эмоционального контакта с ним».

Она добавила, что дети рано или поздно узнают, что же в действительности произошло в их семье, и им в любом случае придется как-то воспринять эту информацию: «Но как бы они ни восприняли ее, став взрослыми или относительно взрослыми, изменить тот факт, что в их детстве один из родителей отсутствовал, будет уже нельзя».

Она уточняет, что ЕСПЧ ранее не рассматривал дел с подобными обстоятельствами — а значит, решение станет прецедентом для всех европейских стран. Юрист надеется, что решение будет вынесено в течение года, «так как все понимают, что вопросы воссоединения детей и родителей необходимо решать как можно скорее».

«Вообще проблема “как рассказать детям” искусственно преувеличена. На самом деле это не так уж сложно,— считает А. М.— Ну, например, почему бы не сказать: “Знаешь, такое редко, но случается, родился мальчик с душой девочки.

Ему было плохо, и когда появилась возможность, он пошел к докторам, и они помогли ему превратиться в девочку”. Или: “Разве не все равно, как я выгляжу, ведь главное, что я вас очень-очень люблю”.

Уверена, мы быстро найдем общий язык, поймем друг друга и снова сможем быть вместе».

«Разумеется, детям следовало бы объяснить еще и правила безопасности в обществе: рассказать о том, что можно говорить, а о чем лучше не стоит», — добавила она. «Конечно, поначалу вся эта информация шокировала бы детей.

Но разве любящие родители не смогли бы с этим справиться? Вред от разрушения семьи, от лишения детей и меня возможности общаться друг с другом представляется мне гораздо более страшным»,— сказала она. А. М.

добавила, что не знает, как сейчас детям объясняют ее отсутствие, но обратила внимание, что во время беседы со специалистами института Сербского ее сын произнес фразу: «Папа нас бросил».

«Это дело в очередной раз обнажает острую проблему непросвещенности в нашем обществе и ее повсеместное влияние на выводы и рекомендации, формулируемые специалистами в разных областях — будь то медики или юристы»,— прокомментировала ситуацию партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Тягай.

Она подчеркивает, что эксперты, к которым прислушался российский суд, сами признаются, что не знакомы с современными научными исследованиями по теме экспертизы.

«Из этого, видимо, должен следовать вывод о том, что проще, а значит, лучше — ограничить родителя в его правах и лишить детей общения с одним из родителей, чем выстроить грамотную и корректную поддержку при таком общении»,— возмущена госпожа Тягай.

Также юрист указывает, что статья Семейного Кодекса об ограничении родительских прав требует отбирать ребенка у родителя лишь в тех случаях, когда оставление ребенка с ним опасно, «а в рассматриваемом случае заявительница с детьми не проживает и такие обстоятельства фактически отсутствуют».

У юриста вызывает недоумение и формулировка суда о том, что «по мере взросления детей и изменения уровня их психического развития» вопрос о контактах с А. М. «может быть пересмотрен».

С юридической точки зрения понятия «взросление» и «изменение уровня психического развития» являются очень абстрактными, а значит, непонятно, в какой момент подавать прошение о «пересмотре вопроса». Кроме того, юрист указывает, что ограничение родительских прав — лишь первая ступень.

В законе четко указано: если ограниченный в правах родитель не изменит своего опасного для ребенка поведения, то через шесть месяцев органы опеки обязаны предъявить иск о лишении родительских прав.

«Если говорить простыми словами, суд решил: детям опасно знать, что в жизни бывает такая ситуация, с которой столкнулся один из их родителей, и поэтому целесообразно изолировать их и от родителя, и от информации,— говорит Екатерина Тягай.— Чисто юридические условия, основания и последствия ограничения родителя в его правах будто бы не учитываются».

Александр Черных

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4196366

Как оспорить судебную экспертизу

Как приобщить рецензию на экспертизу, если апелляция её не приняла, апелляция отклонена

Как оспорить судебную экспертизу

12.04.2015

Tweet

В итоге предоставления в суд заключения эксперта с необъективными выводами, судья вынес решение на основании ложных выводов экспертизы. Сторона по делу оказалась в сложной ситуации, потеряны деньги и нет возможности отстоять свои права. Сложившиеся обстоятельства не являются исключением. К концу этой статьи мы подробно опишем алгоритм действий, которые помогут выйти из этой ситуации.

В практике достаточно часто встречаются случаи, когда возникают сомнения в обоснованности заключения эксперта, произведенного по назначению суда либо другого органа.

Причинами могут являться: некомпетентность эксперта (несоответствие образования проведенному виду исследования); недостаточный стаж работы экспертом (низкий уровень подготовки); ошибочный выбор методики исследования (методической рекомендации); применение не утвержденной литературы (нормативной, научной или учебной); несоблюдение утвержденного порядка исследования (расчетов); отсутствие обоснования вывода, дача экспертом заведомо ложного вывода и многие другие нарушения.

Повторная экспертиза или оценка доказательства.

Лицо, назначившее экспертизу, может назначить повторное исследование, однако, в связи с действующими требованиями закона, несогласие с ранее произведенным заключением должно быть обосновано.

В связи с тем, что принцип состязательности сторон является важнейшим принципом процессуального законодательства, то причины своего несогласия с заключением эксперта должна представлять несогласная сторона.

Иногда это сделать затруднительно, так как для производства исследования, так и для его оценки необходимо обладать специальными знаниями.

Участвующей в деле стороне, даже при условии участия представителя, который, как правило, имеет только юридическое образование, затруднительно судить о выводах заключения эксперта, в том числе о выборе и правильности применения методик, методических рекомендаций и другой нормативной и научной литературы. При таких обстоятельствах затруднительно обойтись без привлечения лица, сведущего в том виде экспертизы, в котором произведено экспертное исследование.

Необходимо отметить, что любое доказательство, представленное в суд, подвергается оценке. Заключение эксперта также является таким доказательством и оценивается в судебном процессе по общим правилам (ст.67 ГПК РФ; ст.88 УПК РФ; ст.

71 АПК РФ; ст. 26.11 КоАП РФ).

Лицо, назначившее экспертизу, руководствуется законом и оценивает заключение по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности.

Решение проблемы или как найти выход.

Полная оценка судебного заключения эксперта позволяет увидеть экспертные ошибки. Но из судебной практики видно, что в основном судей интересуют только выводы заключения эксперта. И его анализ сводится лишь только к проверке полноты выводов.

Это понятно, так как лицо, назначившее экспертизу, не в состоянии самостоятельно проанализировать научную обоснованность выводов заключения, правильность выбора и применения методик исследования, а также другие этапы исследования и расчетов, потому что для такого анализа необходимо обладать специальными познаниями.

По этой причине, к оценке экспертного заключения необходим специальный подход, так как данное доказательство базируется на применении специальных познаний, которыми может не располагать лицо, назначившее экспертизу.

Оценка заключения эксперта – это процесс исследования представленного заключения, имеющий своей целью определение нескольких важных аспектов: соответствие действующему законодательству, а также фактическим материалам дела; верное избрание методик исследования; соответствие процессуальному порядку проведения экспертизы; верная оценка идентификационных признаков предметов и материалов; соблюдение требований о преимуществе в применении неразрушающих методов исследования; при очевидной недостаточности материалов наличие ходатайств о предоставлении дополнительных материалов для исследования; полное, последовательное и логичное изложение материалов и выводов в итоговом документе и т.п..

При проведении процесса анализа заключения эксперта тщательно изучаются материалы дела, в т.ч.

исходные данные, которые стали источником для исследования эксперта, определение/постановление о назначении экспертизы, методики проведения исследования и другие нормативные документы, исследовательская часть и выводы рецензируемого заключения, форма заключения и наличие необходимых данных, действия эксперта (наличие необходимых ходатайств и т.п.), что не могут в полном объеме сделать судьи, следователи, стороны по делу и их представители, так как уже было изложено выше, для этого необходимо иметь специальные познания.

Результатом такой проверки соблюдения судебным экспертом совокупности указанных выше деталей исследования является рецензия.

Рецензия с точки зрения процессуального права.

С точки зрения процессуального законодательства, оценки обоснованности и достоверности заключения эксперта является фактическая состязательность специалистов.

Настоящий принцип данного законодательства реализуется путем привлечения специалиста/эксперта (лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях, в том числе для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию (ст.188 ГПК РФ; ст.58 УК РФ; ст.55.1 АПК РФ)).

 В соответствии с ст. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2010 года №28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», «для оказания помощи в оценке заключения эксперта и допросе эксперта по ходатайству стороны или по инициативе суда может привлекаться специалист. Разъяснения специалист дает в форме устных показаний или письменного заключения».

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, специалист не проводит исследование вещественных доказательств и не формулирует выводы, а лишь высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним сторонами.

Такой реализацией данного принципа состязательности специалистов является практика производства сведущими лицами (рецензентами) рецензии на заключение эксперта. Инициатором производства таких рецензий достаточно часто выступают адвокаты (ст.6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»).

Тем не менее стоит отметить, что при должном использовании процессуальных прав самостоятельно заказать рецензию может любое лицо, участвующее в деле, либо через своего представителя.

Не смотря на то, что процесс рецензирования судебного заключения является использованием специальных знаний внепроцессуальной форме, произведенная рецензия легко может быть приобщена к материалам дела.

Суть предоставления рецензии.

В связи с тем, что суд неохотно назначает повторные экспертизы, так как не имеет желания затягивать сроки производства судебного разбирательства, он отказывается внимать доводам стороны по делу либо его представителя о якобы имеющих место нарушения методик и т.п., при производстве судебной экспертизы.

В сложившейся практике сторона подает ходатайство о назначении повторной экспертизы и все выявленные недостатки экспертизы указывает именно в нем или в приложенном возражении на судебную экспертизу.

В данной ситуации суду не составляет труда отказать в удовлетворении такого ходатайства, ссылаясь на то, что заключение эксперта получено в процессуальных рамках, компетенция эксперта подтверждена и последний предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Факт предоставления рецензии позволяет убедить суд удовлетворить данное ходатайство.

Так как лицу, назначавшему экспертизу, крайне сложно закрыть глаза на вопиющие нарушения имеющие место быть в заключение эксперта, и которые отражены не юристом, а другим лицом, обладающим специальными познаниями.

Так, суд осознает, что не уделив должного внимания данной рецензии и приняв решение на основании выводов оспариваемого заключения эксперта, с большей долей вероятности может повлечь за собой отмену такого решения в суде апелляционной инстанции.

Для невозможности не приобщения судом рецензии к материалам дела, она должна обязательно подаваться, как приложение к ходатайству о назначении повторной экспертизы. А сама рецензия, в данном случае, является мотивированным обоснованием ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Рецензия предоставляется в качестве заключения специалиста, который не занимается оценкой заключения эксперта как доказательства по делу, поскольку это является прерогативой суда, а производит анализ заключения эксперта с точки зрения его научной и методической обоснованности, соответствия рекомендациям, выработанным общей теорией судебной экспертизы, соблюдения требований законодательства, регулирующего судебно-экспертную деятельность. И преднамеренно повторимся, что Рецензент с точки зрения процессуального права выступает в качестве специалиста – лица, обладающего специальными знаниями, привлекаемого к участию в процессуальных действиях в установленном порядке, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию (ст.188 ГПК РФ; ст.58 УК РФ; ст.55.1 АПК РФ).

Стоит отметить, что все чаще суды прибегают к услуге СРО и назначают экспертизы на судебные заключения экспертов (рецензии). Могут ставиться следующие вопросы:

1.) Верно была выбрана и применена методика исследования, в полном ли объеме проведено исследование?

2.) Является ли эксперт компетентным в области производства судебных экспертиз и исследований, т. е. соответствует ли его образование тому виду экспертизы (исследования), которое им было проведено?

3.) Соответствует ли заключение эксперта процессуальным нормам, как форме, по своему содержанию, так и на предмет соответствия процедуры получения объектов исследования, их описания, организации проведения осмотра, а также отражения данных фактов и обстоятельств в заключении эксперта.

Бывают также другие вопросы, которые ставятся на разрешение рецензента. Имеют место быть факты, когда при проведении проверки правоохранительными органами в отношении судебного эксперта, по факту подготовки им заключения, следователь или другое ответственное лицо назначает экспертизу на заключение эксперта (рецензию) в НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов».

Вместе с тем хочется еще раз заметить, что сам факт производства рецензии не является процессом, в котором достигается цель подготовки именно отрицательной рецензии.

Для более полного представления сути рецензии стоит вспомнить о рецензиях, которые выполняются в структурах государственных экспертных учреждений на заключения экспертов (справки специалистов) и которые производят стажеры с целью получения допуска на право самостоятельного производства конкретного вида экспертиз.

Подача рецензии в суд — важные детали.

В ходатайстве необходимо обобщенно излагать все нарушения и другие вопросы, на которые ссылается рецензент. Если судья либо другое процессуальное лицо откажет в удовлетворении такого мотивированного ходатайства, это позволит использовать данный факт, когда такое решение будет обжаловаться.

Суд обязан мотивировать причину, в связи с которой он не принял представлены доводы и это возможность для дискуссии при рассмотрении дела в следующих инстанциях.

Однако, чтобы все сложилось так, как запланировано, то лучше ходатайство приобщить к материалам дела, сдав его через канцелярию заблаговременно до судебного заседания.

Источник: https://recense.exprus.ru/kak-osporit-sudebnuyu-ekspertizu/

Глав-книга
Добавить комментарий